Бремя колокольчиков (СИ)

   -  Успеешь. - Ответил отошедший от старца старший, и ухмыльнулся - дай отработать тем, у кого ноги на месте.

   -  Сморите, что у него! - вынес что-то из кельи Таракан.

   -  Чё? Бабло нашёл? - приподнялся на руках Серега.

Не, но он точно калдун пиндосский, глянь что у старца говёного в келье - америкос, ё, - и он развернул содранный только что плакат, - Джим какой-то... Моррисон, что-ли, во! Масон, наверное, и вот ещё фотки каких-то двух жидов, и картинка с бесами! Ну чисто сатаноид он, кощунник и колдун!

   -  Дай! - взял у него фото старший - Это писатель Ерофеев, он не жид, вроде, но синячил.

А это - Давлатов, тот у америкосов заправлял. А эти картинки с чертями я где-то видел. Вон, Бош написало... Или Босх... Хрен его знает, одно бесы. Чего ещё?

   -  Ну, кресты ща Болото нагребает, но как-то мало у него, и всё железки... Иконы вообще бумажные... Денег - копейки. Если только закопал где...

   -  Эй, ты, русофоб, бля, Пиндосий, мы тя разоблачили! Давай, колись, где бабло.

Очисть душу перед смертью, жертве твоего колдовства протез купим. - С этими словами предводитель снова взялся избивать отшельника.

Келейник Степан лежал в луже, его как-будто и забыли. Вся группа окружив старца тесно и глухо со всех сторон продолжая его избивать:

   -  Это шо вы робите, хлопцы? - раздался голос из темноты.

   -  Укропы! - схватился за пистолет старшой - Что? Своего пришли спасать?

   -  Який же он нам свой! Это ваш, москальский старец, Петро, вон, в танке погорел, еле жив остался.

А Пиндос этот играть танк ему давал. А мы за Петра и пришли к нему, колдуну москальскому, погутарить за гиляку!

   -  Да ладно! Это я без ног от вас, уродов, остался... - Подал голос со стула Серёга. - А где Петро горел?

   -  Под Луганском, аккурат на Петра и Павла...

   -  У Александровска?

   -  Дак ё! Так это ты, сука! - заорал Серёга и вырвал из кармана гранату.

В следующую секунду раздались выстрелы. Фонари потухли, шум, треск веток, ещё выстрелы.

Серёга спрыгнул с табуретки в грязь, кто-то его оттащил за избу...

Через полчаса, когда выстрелы удалились и стихли, Степан ковыляя подобрался к о. Пиндосию:

   -  А что мне будет, грешнику? Я ж те не мученик преподобный, а старик ума лишённый.

   -  Эк вас отходили... Чисто бесы!

   -  Да какие они бесы? Без пяти ангелы были... И зачем я, дурак, им в танчик играть давал? Господь то даёт, ну а я куда, гордец? По делом мне, и мало ещё!

   -  Так вот...