Чтоб у тебя, у кобеля, как-нибудь в самый неподходящий момент презервативы кончились, пожелал тому в сердцах исполнительный директор, и неведомая волна подняла его с кресла и вынесла к входной двери.
— …Тимур Александрович, про которого я вам, Катенька, так много рассказывал, — пробилось сквозь задурманенное сознание Тимура, и он вмиг протрезвел.
А вот эта фраза объясняла всё: и интригующее знакомство, и один рейс, и общий отель на двоих. Обида, разочарование и злость на себя обрушились на него лавиной. Но многолетняя привычка держать себя в руках дала о себе знать, и Катю он поприветствовал нейтральным кивком.
СамСамыч разливался соловьем, рассказывая о перспективах грядущего проекта, но все мысли Тимура были только о том, каким же он был идиотом.
— Спасибо, Александр Александрович, дальше мы обсудим наши дела с Екатериной Андреевной сами, — невозмутимо произнес Тимур.
Понятливый Змей подмигнул Тиму и увел Шефа из кабинета.
Растерянная Котя — Екатерина Андреевна, поправил себя Тимур, — робко стояла у дверей.
— Хорошая была стратегия упрочить свое положение, — выплюнул Тимур. — Так сильно был нужен этот заказ, что вы не постеснялись прыгнуть в постель к исполнительному директору?
Всю робость и растерянность с Кати смыло в один момент. Казалось, что сначала она просто потеряла способность говорить, но потом справилась с языком вполне успешно:
— Вы, Тимур Александрович, простите, самовлюбленный осел, — четко выговаривая каждый слог, сказала Екатерина Андреевна. — К тому моменту, когда я собралась в отпуск, контракт был уже подписан.
И уж вашего мнения о нем никто не спрашивал, — ее глаза горели негодованием. — И если бы я хотя бы подозревала, что вы и есть тот самый «Тимочка», дифирамбы которому распевал Александр Александрович, я бы не то что курортную интрижку затевать с вами не стала, я бы даже близко к вам не подошла. Мне хватает уже того, что саботаж со стороны руководства в принципе является самой частой проблемой нововведений. Накручивать на него еще и личностные неурядицы — увольте ради бога!
Тимур было открыл рот, чтобы разразиться гневной ответной речью, но Катя просто прикрыла его своей ладонью.
— Помолчи, пожалуйста. Оставь мне хоть какие-то иллюзии, — сказала она и двинулась в сторону двери. Остановившись через пару шагов, она обернулась и бросила напоследок:
— Моя визитка лежит у вашей секретарши. Пусть свяжется со мной, когда будет известно время совещания.
Тимур не мог сказать, что добило его больше всего.
