В это мгновение, наряду с чистыми силами Природы, оставалось только лишь чувство, что она жива и рядом с ней кто-то, кто любит ее.
После почти 2 часов пути дорога стала более широкой и они решили присесть отдохнуть. Они не могли сильно задерживаться: холод скоро станет невыносимым, и они должны будут двигаться дальше. Но ей захотелось, по крайней мере, на несколько мгновений побыть рядом с ним, посмотреть на облака и послушать шум моря.
Брида почувствовала морской запах в воздухе и вкус соли на губах.
Ее лицо, прислонившееся к пальто Лоренса, было горячим. Это был сильный момент полного существования. Ее пять чувств работали.
На долю секунды она подумала о Маге и тут же забыла. Все, что ее сейчас интересовало, были пять чувств. Они должны были продолжать работать. Время пришло.
– Я хочу поговорить с тобой, Лоренс.
Лоренс что-то пробормотал, но его сердцу было страшно. Пока он смотрел на облака и море, он понял, что эта женщина была самым важным в его жизни. Что она была объяснением, единственной причиной жизни тех скал, того неба, той зимы.
Если бы ее с ним там не было, было бы неважно, даже если все ангелы спустятся ублажать его, Рай не будет иметь значения.
– Хочу сказать, что я люблю тебя, – сказала Брида мягко. – Потому что ты мне показал радость любви.
Она чувствовала себя полной, цельной, а весь этот пейзаж проникал в ее душу. Он стал поглаживать ее волосы. И у нее появилась определенность, что если бы она прошла опасности, то могла бы испытать такую любовь, какую никогда не испытывала.
Брида поцеловала его. Она почувствовала вкус его губ, прикосновение его языка. Она была способна ощутить каждое движение и понимала, что то же происходит и с ним, потому что Традиция Солнца всегда открывалась всегда тем, кто смотрит на мир будто бы впервые.
– Я хочу любить тебя здесь, Лоренс.
Он на мгновение подумал, что они находятся на дороге, по которой кто-то может пройти, кто-то достаточно сумасшедший, чтобы ходить там в разгар зимы.
Но тот, кто способен на это, будет так же способен понять, что некоторые силы, однажды пущенные в ход, уже не могут быть остановлены. Их нельзя прерывать.
Он запустил руки под ее свитер и почувствовал ее грудь. Брида была целиком отдана ему, все силы мира проникали через ее пять чувств и преобразовывались в энергию, которая ее охватывала полностью. Они легли на земле, меж скал, моря, между жизнью чаек там, наверху, и смертью в камнях здесь, внизу.
