Англичане быстро убегали к центру города. Они знали, что пощады не будет. Если бы сдались вчера, уцелели бы, но сегодня их всех предадут мечу. Поскольку грабить горожан запретили, никто из моих бойцов в город не рвался.
Мы простояли под его стенами еще три дня. За это время жители города Релвилль с радостью поклялись в верности королю Франции. Потом половина войска под командованием Жана, герцога Беррийского, пошла осаждать город Монтобан. Разведка донесла, что прославленные английские командиры Джон Чандос, капталь де Буш и Жискар д`Англ отозваны Эдуардом, принцем Уэльским, в Ангулем, который был столицей его владений на материке.
Видимо, англичане что-то задумали. Поэтому вторая половина войск пошла под командованием Людовика, герцога Бурбонского, тоже на север, в графство Пуату. Шли мы по краю еще не отобранных у англичан владений, возвращая в лоно Франции заблудших овец и карая непонятливых.
16
Жизнь в графстве Пуату оказалась еще спокойнее. Всё, что легко можно было захватить, уже перешло на сторону французского короля.
Остальное англичане держали крепко. К тому же, наши агенты доносили, что готовится поход большой армии. Большой по английским меркам. У принца Эдуарда были проблемы с деньгами. Он еще не расплатился за поход в Кастилию. Служили у него в основном англичане и те наемники, кому хватало одной только добычи. Им разрешалось на вражеской территории грабить всех."
"Я со своей рутой был распределен на постой в деревню, которая находилась на берегу реки Крёз, неподалеку от города Шательро.
Здесь же расположились и отряды Карне де Бретона, Жана де Бюэля, Гийома де Бурда и Луи де Сен-Жюльена. По вечерам мы собирались у Карне де Бретона, чтобы за глиняной, щербатой чашей вина обсудить текущий момент. Жил он в доме деревенского старосты, самом большом, но крытом соломой. Там было две комнаты — кухня и светелка. Очаг топился по-черному. Дырка для дыма находилась в стене под стрехой. Впрочем, было еще тепло, пищу готовили на другом очаге, расположенном во дворе под навесом.
На кухне ютились хозяин с женой, старшим сыном, невесткой и пятью детьми, спали на соломе, постеленной на глинобитном полу, а рыцари занимали светелку, в которой стоял стол, лавка и широкая, человек на трех, деревянная кровать. Поскольку лавка была коротковата, чтобы на ней сидели пятеро, стол придвигали к кровати, на которую садились Карне де Бретон и Гийом де Бурд.
