Если принц Кассельский несколько приуныл после таких радужных заверений, то это следует отнести исключительно на счет его кузена Пауля-Георга, который недавно женился и про супругу которого тоже было из самых надежных источников известно, что она превосходно воспитана, говорит на пяти иностранных языках и чудо как хороша собой. На самом деле довольно быстро выяснилось, что супруга кузена ругается как возчик, скаредна как сто чертей, из пяти иностранных языков лучше всего владеет матерным, а что касается красоты, то на конкурсе кривобоких карлиц ей бы точно досталось одно из первых мест.
– Кстати, – добавил отец, – у меня есть портрет твоей будущей жены. Его прислали нам из Петербурга.
На портрете была изображена манерная особа в голубом платье, сжимающая в руках стилизованную розу. У нее были черные волосы, букли, закрывающие уши, короткий в профиль нос и маленькие губки, так что не стоит удивляться тому, что принц Кассельский невзлюбил свою будущую жену с первого взгляда.
Он попрощался с отцом и пошел искать утешения в объятиях одной из многочисленных горничных большого и холодного Кассельского дворца.
Еще через несколько месяцев состоялся второй знаменательный разговор отца с сыном.
– Должен вам сказать, – говорил великий князь, – что отец принцессы находит не вполне удобным, чтобы вы с его дочерью познакомились только накануне свадьбы. Императору, конечно, нет дела до таких пустяков, но с мнением grand-duc Michel[19] все-таки лучше считаться.
Я предлагаю вам поехать во Францию, где в настоящее время находится ваша невеста, и представиться ей должным образом.
При одной мысли о том, что ему придется зачем-то ехать к этой манерной кукле, принц Кассельский почувствовал острое недомогание. На следующий день он лег в постель и не вылезал из нее целый месяц. Герцогу лейб-медик доложил, что молодого принца терзает жестокая лихорадка. Впрочем, болезнь отнюдь не мешала плутовке Аннет, служившей во дворце, время от времени навещать принца по ночам, да и очаровательная актриса Элен тоже о нем не забывала.
Через месяц Вильгельм-Людвиг наконец поднялся с постели. Первое, что сказал ему отец, увидев его, было:
– Ах, как хорошо, мой дорогой сын, что вы наконец оправились. Наконец вы сможете поехать к своей невесте и засвидетельствовать ей свое почтение.
Принц понял, что от судьбы не уйти, и смирился.
