Она ведь до сих пор где-то бродит, долбанная истеричка.
Безопасники попытались достучаться в квартиру, а затем и вовсе вскрыли дверь. Дома Нины не оказалось.
Когда в палату вошла мать, а с ней забежали и дети, четко осознал, что с Ниной что-то случилось. И это осознание полоснуло по остаткам терпения тупым лезвием бесполезного ожидания, что всё образуется и в итоге окажется, что жена просто ушла в магазин, а телефон потеряла или разбила. Да пусть бы даже украли. Лишь бы сама цела и невредима осталась.
— Твоя благоверная не удосужилась даже детей забрать! Правду про таких как она говорят — кот за дверь, мыши в пляс, — в своей жесткой манере выдала мать, но Вячеслав на неё даже не взглянул.
— А где мама? — Кирилл, поджав губы, наблюдал за бабушкой.
— Сказала бы я, где твоя мама…
— Мама! — рявкнул на мать и та замолчала, лишь слегка скривилась. — Прекрати доставать мою жену. Тем более не смей этого делать при детях, — и к сыну повернулся. — А нашу маму найдём сейчас.
Правда, сам не был уверен в своих словах.
Он в последнее время мало в чём уверен. То и дело дерьмо какое-то случается.
Послал охрану к Юльке, но особой надежды всё равно не было. По словам этой сучки — она куда-то уехала.
Звонок от Нефёдова встревожил и что-то гадкое шевельнулось внутри. Он узнал это чувство… Слишком часто испытывает его в последнее время. Страх. Необъяснимый, постоянно терзающий душу и не дающий уснуть. Страх потерять остатки своей семьи, что и так на осколки рассыпалась. Страх не вернуть то, что потерял по своей же вине.
Лютый, дикий страх остаться инвалидом навсегда и больше не иметь возможности вернуть Нину.
— Слава, привет. У меня плохие новости.
— Замечательно, — проворчал недовольно, поглядывая на грустных детей, которые, судя по всему, тоже были встревожены исчезновением матери. — Ну, чем порадуешь?
— Я вышел на след Анненковой и разузнал о ней всё, что можно было… Слава, эта девушка опасна. Слышишь меня? Очень опасна! Во-первых, она не из детдома. Я нашёл её мать.
И эта женщина мне столько всего рассказала, что волосы дыбом. В-третьих, настоящее имя Анненковой — Жанна. Вернее, одно из её имён…
— Подожди, — напрягся и взглядом показал матери увести детей, а когда дверь за ними закрылась, выдохнул. — Говори.
— Ты знаешь, что такое диссоциативное расстройство идентичности*?
— Чего?! Илюх, по-человечески говори.
— В общем, это раздвоение личности, Слав. В этой барышне сидит два абсолютно разных человека.
