Попали бы в Храм, и всё. О бабушке бы от местных узнали. Я ничего не делала.
– Ты мага ударила, – добавляю я аргумент, с которым не поспоришь. Кария довольно хмыкает.
Она помогает мне набрать дров, потом даёт в руку пояс, чтобы я могла идти за ней. Руки у Карии теперь тоже заняты дровами.
За делами не сразу ко мне приходит осознание, что жизнь теперь безвозвратно поменялась. Я в проклятых землях, и не факт, что когда-либо смогу выбраться отсюда. Была невестой дракона королевских кровей, а теперь никто.
Но земли не такие страшные, как мне представлялись.
Ноги ступают по обычной земле, а не хлипкому болоту, воздух чист, немного влажноват и прохладен. Щебечут птицы, кто-то рубит дрова.
– Кария. Твоя бабушка правда избавляет людей от проклятия? Скажи честно.
– Не со всяким совладать можно, – вздыхает Кария. – Она циниум. То есть, дар у неё такой – видеть эту заразу. А что видишь, от того и избавиться легче.
Замолкаю, думая над словами Карии. Я слышала это слово, с ним была связана легенда… Или сказка? В любом случае, мы приходим к печи и выгружаем дрова.
Кажется, это кухня с отдельным входом, но когда я собираюсь уточнить это у Карии, то нечаянно роняю одно себе же на ногу.
Сбоку слышится неодобрительный “цык” Иды.
– Не дело, конечно, что ты ничего не видишь. Вы так до утра не управитесь. Пойду зелье сделаю, – ворчит она.
А я с Карией совершаю второй поход – на этот раз за водой. Девушка предлагает мне остаться, но я не соглашаюсь. Нет смысла просто сидеть, а так хоть начну ориентироваться тут.
Когда возвращаемся, Кария ставит чай и кашу. Я вынуждена согласиться с Идой: не дело ничего не видеть. Наверняка позже я привыкну, но всё равно…
– Принесла, – появляется в кухонке Ида. – Возьми, выпей. До дна.
Она приближается и вкладывает в мои руки глиняную высокую чашку. От зелья идёт резкий неприятный запах, похожий на что-то протухшее. К горлу подкатывает тошнота. Но добивает меня то, что я отчётливо слышу “бульк”. Оно ещё и газ выделяет?
– Я не буду это пить, – твёрдо заявляю я и смотрю туда, где должна быть Ида.
Глава 7
– Лечение не всегда приятное, девочка, – возражает мне Ида. Слышу в её голосе за строгостью грустные нотки, но, возможно, мне показалось.
– Я не больная, – возвращаю Иде её же слова.
– Ну и мороки с тобой, – недовольно ворчит она. – Заставлять не буду. Положишь на стол. Выпьешь, когда тебе надоест быть беспомощной.
Ида проходит мимо меня и, скрипнув дверью, выходит из кухоньки. В моих руках остаётся зелье.
