Я думала, что она простая деревенская девушка, но если вспомнить, как она быстро сориентировалась и как ловко завела руку за спину Россалу…
– Скажи, ты же сразу поняла, что я из благородных? – вспоминаю я, принимая платок (а то и правда голову напечёт). – Как?
Я не знаю, что за плащ был на мне в тот раз, но по качеству ткани – обычный. Хороший, добротный, но его может приобрести и простой человек.
– Да вроде видно сразу. И на карете вы приехали.
– Ты видела карету? Ты же была внутри таверны? – хмурюсь я.
– Да как-то заметила.
Дай-ка вспомнить, – бормочет Кария не очень уверенно. – А почему ты спрашиваешь?
Хороший вопрос. Просто начала думать о том, на что не обращала внимания раньше. Но ответить я не успеваю, потому что замечаю небольшую толпу, идущую к нашему домику. Опять настоятель? Что это ему неймётся?
Кария следит за моим поворотом головы, догадывается, куда я смотрю, и мрачнеет.
– Сильвия, иди к речке. В этот раз он подготовился.
– Надо Иду предупредить, – игнорирую я предостережение.
Не стану прятаться, когда те, кто приютил и помог мне, под угрозой.
Без них я всё равно никуда.
Мы встречаем толпу на дороге, отойдя от нашего дома. На всякий случай.
– Ведьмы! Теперь-то у меня есть доказательства, – говорит противным голосом настоятель.
– Какие? Что Россал излечился? Так мы знаем, мы ж это сделали, а не ты, – отвечает Ида. – Завидно, что теперь к нам ходят?
– Нет, я вам не завидую, – цедит он. – Вы это проклятье и наслали! А потом сами сняли. Вот и ваша выгода!
Ида откровенно смеётся, а Кария сжимает кулаки.
Я тоже напрягаюсь: обвинение слишком похоже на то, что мне рассказывала Ида. Из-за подобных слухов на циниумов началась охота, как она говорила.
Закусываю губу. Нет, вряд ли дело только в слухах. Это политика, там была замешана последняя королева. Как и тут замешаны деньги для Храма.
– Ты, говори, – настоятель толкает вперёд какого-то щупленького мужичка с красным лицом. Видно, любитель выпить.
– Я это… Я в таверне эту, с повязкой, сразу заметил, – начинает он.
Это про меня? Даже интересно.
– Она на меня как глянула, так сердце подскочило. А потом мне плохо стало. Прокляли меня.
– Как она на тебя глянула, если она не видит, дурень? – вступается Ида."
"Кария делает шаг вперёд, закрывая меня.
– Да я откуда знаю? Прикоснулась, значит. И прокляла, вот, теперь страдаю, – заканчивает он.
– Я вам больше скажу, – вмешиваюсь я. – Он и не проклят даже.
– И как ты можешь об этом знать? – скептически спрашивает настоятель.
