Бубен Костяного принца

Вот и на этот раз он приставал к Васе, выспрашивая подробности его странного сна, и умудрился расшевелить в нем интерес.

- Ты знаешь, Вась, - говорил он вдохновенно, - Я уже упоминал, что ни один из известных мне людей, помнящих предыдущее воплощение на Старшей Сестре, не имеет памяти о том, как он там умер.

- Да было дело, - подтвердил Вася, - Я сам тебя об этом спрашивал.

- Ага. Но я умолчал об одной вещи, которая может иметь к этому отношение.

- Что еще за вещь?

- Зависит от того, как ты ответишь на один вопрос, - таинственно поведал Аким.

- Какой еще вопрос?

- А скажи-ка, Вась, - Аким заговорил так вкрадчиво, что Вася подобрался даже, - Ты помнишь год своей смерти на Старшей Сестре? Но только год пока назови.

Вася назвал год.

- А месяц?

- Декабрь, - с уверенностью ответил Вася.

- Погоди, - Аким поднял ладони, показывая, чтоб не вздумал продолжить, - Дату пока не называй.

Аким разровнял в потухшем глиняном очаге серый пепел, и прикрыв его курткой что-то начертил пальцем.

- Вот теперь называй число.

- Семнадцатое декабря.

С видом балаганного ловкача Аким убрал куртку. Вася с Макаром в едином порыве подались к очагу. В пепле было выведено число семнадцать.

- И что это значит? – распрямляясь, озадаченно спросил Вася.

- А то и значит. Семнадцатое декабря означенного года. Последний день, который все мы помним.

- Ну. А что было в тот день?

- Да в том-то и дело. Самый обычный день. Вот могу, к примеру, за себя сказать. Отработал смену. Выгулял животинку…

- Кого?

- Ну с собакой погулял.

- А потом?

- А все. В том все и дело. Не было никакого «потом». Восемнадцатого числа никто не помнит.

- Странно.

- Еще бы не странно, - хмыкнул Аким, - Для всех «помнящих» это самая большая загадка.

- А предположения имеются?

- Имеются, как без них. Целая телега предположений, достоверных сведений – ноль.

- Ну дела-а, - протянул Макар и поднялся, чтоб размяться, - О, парни, а дождь кончился.

Вася и Аким тоже выглянули из-под навеса.

- Ох. Морока нифрильная, - радостно запричитал Аким, - Так не только дождь, братцы, не только дождь. Считай и река тоже кончилась.

Их плот выносило в широкое устье, переходящее в бескрайнюю бирюзовую гладь.

- Что делать будем? – деловито спросил Макар, прохаживаясь по плоту. Он сильно засиделся в бездействии, ему почти невтерпеж хотелось себя занять чем-то помимо разговоров.