Но он собрал всех, устроил цирк.
– Сначала я думал, что ты наблюдаешь за Хлоей и Маком, что ты завела целое досье на них, – продолжает Кэп. – Может, и завела, но мы и так знали о них все. Потом ты переключилась на Тишу. Ты знала, что ее бьет Джейсон, но говорить нам напрямую не хотела. Тиша писала для школьной газеты, и ты придумала хитроумный план. Купила игрушечную машинку, такую же модель, на какой ездит Джейсон, оторвала уголок от газеты и ждала удобного случая, чтобы подсунуть нам. Я все верно говорю?
Мне нечего отрицать, машинка лежала в моей тумбочке.
Глаза Кэпа впиваются в мои, и я вижу в них… понимание?
– Раньше как все было устроено. Если возникали какие-то проблемы, то о них докладывали начальнику службы безопасности, а мы о них узнавали только после того, как все было улажено, – Кэп смотрит на своих братьев, – да, парни? Но все изменилось после того, как мы перешли в старшую школу. Волчата подросли и были готовы к большему, хотели большего. Нас по-прежнему оберегали, но у нас в конце концов есть глаза, к тому же подсказки сыпались со всех сторон.
В итоге мы смогли взять ситуацию под свой контроль, будучи на шаг впереди.
Ройс кивает:
– Люди начали приходить к нам…
Мое сердце колотится в груди. Продолжай, Кэп.
– Не сразу, брат. И мы не сразу обнаружили, в чем тут дело. А дело в том, что властью злоупотребляли от нашего имени. – На короткий миг он смотрит на меня. – Мы вроде как и пользовались авторитетом, но этот авторитет был липовым, его давала наша фамилия – Брейшо.
Но когда мы стали вмешиваться, когда сами стали решать дела, мы заслужили уважение.
– Вы заслужили любовь своего города… – тихо роняю я.
– И ты помогла этому, – кивает Кэптен. – Не так ли?
– Вау, черт … – Ройс начинает расхаживать по кухне. – Ты хочешь сказать, что она…
– Она никогда не предавала вас, – шепчет Рэйвен, ее взгляд останавливается на мне, и она слегка улыбается.
Пальцы Кэптена прижимаются к моему подбородку, его глаза ищут мои."
"– Это так, красавица? Но тогда объясни, как в тебе уживались два человека.
Один из них вынюхивал секреты, а другой… Что делал другой?
И я отвечаю.
– Всю свою сознательную жизнь я была свидетельницей грязных дел. Да, это верно, меня научили шпионить, но учить начали тогда, когда я была слишком мала, чтобы разбираться, где черное, а где белое. Я потянулась за человеком, который, как мне показалось, вытащит меня из тюрьмы, в которой я находилась, но в итоге я попала в еще более страшную тюрьму.
