На всякий случай обращаю внимание на время, потому что эта скотина сделает все, чтобы меня штрафанули за малейшее опоздание. До начала рабочего дня еще целых полтора часа.
— Да? — принимаю вызов.
— Илья Викторович, доброе утро! Не спите уже?
— Доброе утро, нет, я вас слушаю.
— А чего запыхался? Дело молодое?
Бурный интерес коллег к моей личной жизни пока не утих.
— Я только с тренировки, — бросаю взгляд на Инку.
Он хохочет.
— А, ты все бегаешь. А не жалко тебе свои колени и позвоночник? Пример бы подавал пациентам.
Отпустил животик, набрался солидности."
"— Да вы не беспокойтесь, как время придет, поставлю себе эндопротез в колени. И в позвоночник. Всегда хотел стать киборгом.
— Травматологи-механики, — вздыхает он. — Все у вас просто. Раз — и заменил.
— Полчаса делов.
— Слушай, я, вообще, по личному вопросу. Ты ведь у нас любишь старушек.
— Кто ж их не любит? — парирую. Почти восемьдесят процентов нашего стационара — люди в возрасте. И почему-то все дамы, кому за семьдесят, буквально с первой встречи меня усыновляют и начинают заботиться.
По-своему. Лучшие пациенты за мою карьеру. Да и разве я виноват, что всем нравлюсь?
— Возьмешь пациента по личной договоренности? Александр Сергеевич дает добро.
— А что случилось? Почему сами не возьмете?
— У дамы запущенный панариций на пальце, в поликлинике по прописке ей нагрубили, убежала. Знаешь, как это бывает? Сказала, больше не пойдет. Да еще и стесняется. По этой же причине мне не дает смотреть. Я убедил, что ты у нас на все руки мастер и удивить тебя невозможно.
И сустав заменишь, и роды, если вдруг придется, примешь. Ты сегодня как обычно?
— Да, до четырех. Хорошо, пусть приходит к пяти, раз дело срочное.
Коллегам у нас отказывать не принято.
— Буду должен, — говорит он.
Я сбрасываю вызов и смотрю на Инку:
— Работы прибавилось, позвоню, как освобожусь.
— Хорошо, я буду ждать, — улыбается она неуверенно.
Я сам не уверен, что нам стоило еще раз что-то начинать. Инна приподнимается на цыпочки и шепчет мне на ухо:
— Придумаем на вечер что-нибудь необычное?
— Созвонимся.
Основной причиной нашего разрыва была моя скука. От скуки я отказался от стабильной работы в пользу приключений и подвигов. Уехал работать по контракту. Впечатлений получил массу, вдобавок изрядную порцию страхов, которые оживают ночами во снах. Недавно прочитал, что около половины сновидений детей — кошмары. Выходит, что для нашего биологического вида бояться чего-то несуществующего — естественно. Подумаешь, что такого.
