Все они были преданы свергнутому королю и нуждались в безопасном убежище.
Работая на рыболовецком судне, Тони чувствовал себя так, словно оказался в отпуске. Перед ним открылось безграничное пространство. А больше всего ему приятно было общаться с людьми, чьи глаза не были постоянно омрачены сознанием потери.
Но трехлетних детей на судне не было.
Что нужно детям?
— Есть хочешь?
— Немного этого. — Колби указал на тарелку с оладьями. — С ореховой пастой.
Тони, радуясь, что не надо сидеть в неловком молчании, вскочил:
— С пастой так с пастой.
Идем со мной.
Он смутно представлял себе, где искать ореховую пасту. Тони уже лет десять не готовил себе еду, а когда готовил, это была не детская еда. Но вскоре он отыскал в шкафу банку, намазал пасту на оладьи и бросил ложку в раковину.
Колби указал на крышку от банки:
— Мы бережем.
— Хорошо, — сказал Тони и крепко завинтил крышку.
Он уже протягивал Колби тарелку, когда одна мысль поразила его. Черт! А если у парня аллергия на орехи? Он даже не подумал спросить.
Тони выругался про себя и предложил:
— Давай подождем маму.
— Зачем меня ждать? — Мелодичный голос Шеннон долетел до него с другого конца кухни.
Тони обернулся, и его сердце ударилось о ребра.
Черт, на ней даже старые джинсы выглядят нарядно. Застиранная ткань обтягивает стройные ноги. Волосы, еще влажные после душа, ниспадают на спину и плечи. Он прекрасно помнил, как его пальцы играли этим шелком. Однако сейчас на них смотрит ребенок.
Тони поднял тарелку с оладьями:
— Можно ему есть ореховую пасту?
— Раньше Колби ее никогда не пробовал, но, я уверена, ему понравится. — Шеннон взяла у Тони тарелку. — Хотя бьющаяся керамическая тарелка едва ли подходит трехлетнему едоку.
— Эй, парень, тебе нравится эта тарелка?
— Ага. — Колби прижался к матери и обхватил ее ногу. — Но небьющиеся лучше. И я хочу молока."
"— Молоко у меня есть. — Тони открыл дверцу сверкающего чистотой холодильника и достал молоко.
— Обещаю, в следующий раз у тебя будут самые лучшие небьющиеся тарелки в мире.
— Подожди, — остановила его Шеннон. Она сняла с плеча объемистую сумку, порылась в ней и достала чашку с крышкой и носиком. — Вот его чашка.
Она аккуратно наполнила чашку и взяла тарелку. Колби держался за материнскую ногу всю дорогу до веранды.
Тони в первый раз задался вопросом: почему он не проводил больше времени с мальчиком? Шеннон не предлагала, а он не настаивал.
