Но то, что произошло с Красногорским, стоило ему поцеловать Арину, это нечто… охренительное! Это был какой-то… концентрированный восторг. Настолько…
Ладно, не будем об этом. Он вообще-то о другом.
Они совершенно уникальным образом подошли друг другу и совпали физически, телами, темпераментом, сексуальной пылкостью и предпочтениями в интимной близости. Они чувствовали желания друг друга, не нуждаясь в словах, хотя и горячие, безумные слова, произносимые жарким шепотом, тоже, как оказалось, им нравились и заводили обоих.
И это такая редкость, такая удача, когда люди так совпадают в интимной области жизни.
Факт? Факт.
И бесспорный факт, что он глубоко, искренне, по-отцовски любит Матвея. И это так.
Вновь и вновь раскладывая по полочкам эти доводы, непроизвольно вспоминая моменты их интимной близости так, что у него сразу же наступала эрекция, Красногорский уверялся в своей правоте, успокаивая себя мыслью, что Арина умная девушка и, когда у нее пройдет первая болезненная реакция, она, подумав над всеми этими неоспоримыми фактами, поймет, что он прав.
И тогда можно будет спокойно и рассудительно поговорить с ней еще раз. А пока он позвонил маме.
– Привет, – выдерживая ровный приветливый, нейтральный тон, поздоровался Артем. – Ну, как вы там?
– Да вот, – вздохнула она печально, – скучаем с Вовкой по нашим гостям.
– По каким гостям? – не сразу понял Артем, о чем она вообще говорит.
– Как по каким? По Матвею, Анечке и Арине, – ответила Лидия Архиповна и снова вздохнула.
– А где они? – напрягся Красногорский.
– Съехали с дачи со всеми вещами и улетели в Сочи. Мы даже толком попрощаться не успели. Никаких посиделок не устроили, бегом, бегом: собрали вещи и в машину. И все. – И пожаловалась: – И сразу стало так одиноко, грустно, тоскливо и пусто в доме, и тишина непривычная.
– Так, – произнес Артем, почувствовав некую растерянность и досаду, отчего и спросил неосмотрительно: – А Арина что-то говорила, рассказывала?
– Подожди, – произнесла в свою очередь его умная мама, мгновенно уловив некую недоговоренность в вопросе сына и интригу, – а скажи-ка мне, сынок, не ты ли послужил причиной столь стремительного отъезда Арины с семьей?
– Я даже о нем не знал, – попытался соскочить с темы Артем, но было поздно.
С мамой такие номера не проходят, обмануть ее можно только тогда, когда она сама позволит себя обмануть, потакая ему.
