Буду покорной

– Да с чего ты взял?! – первые истеричные нотки начали всплывать на поверхность, и я слегка улыбнулся, удовлетворенный эффектом. Казалось бы, такой обыденный разговор об интерьере, а сколько всего можно было вытащить из человека. Я обожал эту игру, насыщался чистыми эмоциями Вероники.

– С того, что у тебя другой вкус, – небрежно ответил я.

– Не думаю, что за пару недель знакомства ты разобрался в моем вкусе."

"Я склонил голову немного набок, прищурился, всматриваясь в ее лицо. Взгляд Ники стал немного растерянным, она не знала, чего ждать от меня.

Я сделал несколько медленных шагов и приблизился вплотную к ней, ожидая, что она будет пятиться назад. Ника слегка вжала голову в плечи, но ее ноги не сдвинулись ни на сантиметр. Я потянулся рукой и заправил ей за ухо прядь волос. Ника немного вздрогнула, но все еще не отошла и не оттолкнула мою руку, только подтвердив догадку о ее сущности.

– Потому что внутри тебя живет бунтарка, – негромко произнес я низким голосом. – Ей скучно и тесно в этом интерьере.

– Ты меня не знаешь. Я уже больше года живу в этой квартире, и меня все устраивает.

Я усмехнулся.

– Похоже, я знаю тебя лучше тебя самой. – Наши взгляды столкнулись и как будто склеились. Мы просто рассматривали глубины в глазах друг друга, снова думая каждый о своем. В тот момент я осознал, как сильно хочу эту девочку в свои игры. За секунды в голове пронеслись десятки картинок того, что я мог с ней сделать. И что обязательно сделаю. Но это пора было прекращать, я хотел играть на своей территории.

 – Готова? Поехали, – произнес я обыденным тоном, прерывая игру в гляделки, и отошел от Ники на пару шагов назад, снова повернувшись лицом к кухонному островку.

– Ты сказал, что не позволишь себе лишнего, – раздался за моей спиной слегка подрагивающий голос. Я снова улыбнулся. Ника боялась не меня и моих поступков, а своих желаний. Новое – это всегда страшно. А если это новое выдергивали из глубин твоего подсознания – это еще страшнее.

– В отношении тебя – нет, – ответил я, поворачиваясь к ней лицом.

За секунду оценил напряженное тело, сплетенные пальцы, сжатые до побеления костяшек. И красивое лицо, перекошенное тревогой. Ах, как же тебе страшно, моя девочка. Но у меня есть две недели, чтобы искоренить в тебе этот страх. – Но тебе придется слушаться меня во всем и исполнять все мои желания.

– Все? – тихо спросила она, и я кивнул.

– Все, Вероника.

– У меня будет шанс отказаться?

– Я не буду предлагать секс, пока ты сама не попросишь.