Тот предложил накрыть завтрак на балконе, но отчего-то испугавшись новой встречи с соседом — Карина отказалась.
— Дурочка, — пробубнила она, ежась от холода. Уж наверняка на балконе было бы гораздо теплее. А, главное, ну, чего ей было бояться? Хищных голубых глаз… Их тяжелого, властного взгляда, под которым невольно хотелось опустить голову, как делали в дикой природе хищники, учуяв сильнейшего… вожака. А ведь это вообще не в ее природе! Она жила сама по себе. Не зная ни в чем отказа и не оглядываясь ни на кого. Будучи под защитой сильнейших.
Тех, перед которыми даже Логан, вполне может быть, спасовал бы. Так что… нечего ей бояться. И некого.
Карина отбросила салфетку и отвернулась к окну. Может быть, ей не стоило спешить выписываться из реабилитационного центра. Но она хорошо справлялась. Лучше, чем многие другие. А стены того места как будто давили на голову и лишь усугубляли её депрессию. Поэтому врачи решили, что Карине будет лучше дома. Ага… Предполагалось, что она поедет домой. К родным и близким, рядом с которыми процесс восстановления пошел бы быстрей.
Так им казалось… Да только Карина не торопилась возвращаться в Кембридж, что в пригороде Бостона. Она хотела разобраться в себе. С разбегу сигануть в пропасть. Одна! Без всякой страховки. А вдруг там окажется не так уж и плохо? А вдруг, если сорваться на самое дно, окажется, что и оттуда можно взлететь?
Зазвонил телефон.
— Привет…
— Привет, моя хорошая. Как ты?
— Нормально. Думаю поплавать в океане. Сегодня практически нет волн.
— Правда? А по прогнозу передавали, что на вас надвигается ураган.
Мы с папой переживаем. — На заднем плане послышал громкий рев. И глубокий бархатный голос отца, который, очевидно, успокаивал ее младшего брата. — Погоди, у нас тут, как обычно — дурдом.
Карина слабо улыбнулась, представляя происходящее так явно, как будто видела это в действительности. Для пущего эффекта она прикрыла глаза и откинулась затылком на подголовник. Впитывая теплый голос мачехи. Он всегда, еще с самого детства действовал на Карину успокаивающе.
Заглушая вопли обдолбанной матери или их скандалы с отцом. Много раз Карина задавалась вопросом, почему отец не повстречал Соню раньше. Будь она ее матерью, а не Имана — все бы наверняка сложилось иначе. Но сначала Соня была ее няней, потом она вовсе пропала, и лишь три года назад вернулась в их с отцом жизнь, привнеся в нее долгожданный покой и счастье.
Они поболтали еще немножко, и были вынуждены попрощаться. Соню ждали дела. А ее… ее ждал океан.
