Завожу мотор, включаю какую-то музыку для фона и сразу отъезжаю от здания юрфирмы.
– Максим!
Ева тянется к магнитоле и вырубает её.
– Хочешь, чтобы у нас с тобой первая ссора случилась? – уточняю с улыбкой. – Я, конечно, понимаю, что рано или поздно все начинают ругаться. Но давай не сегодня, ладно?
– Да, давай не будем ругаться, – Ева улыбается в ответ. – А просто поедем к тебе, закажем китайской еды... Кажется, таковы были наши планы? А ещё ты хотел сделать мне массаж стоп.
– Да, так и сделаем, – соглашаюсь я, следя за дорогой.
– Только в больницу сначала заскочим.
– Макс!
– Нет, Ева. Спорить бесполезно.
– Но я не доверяю врачам! – говорит она как-то по-детски, чуть ли не хныча. – Пару лет назад лежала в больнице. Натерпелась так, что даже вспоминать не хочется.
– Мы едем не просто к врачу, – мой голос непроизвольно становится тише, глуше. – Тебе надо показаться кардиохирургу. Точнее, самому лучшему кардиохирургу нашего города.
– Ты шутишь? – она нервно усмехается. – Почему кардиохирургу?
– А ты будешь отрицать, что тебя беспокоит сердце? – бросаю на неё гневный взгляд и тут же вновь смотрю на дорогу.
Твою мать!
Если у неё проблемы с сердцем, то это наша вина! Пять лет назад мы держали её в плену! Нервы, стресс – и вот теперь последствия!
Абсолютно точно!
– Так, ладно, – Ева выставляет руки перед собой, – допустим, у меня и правда что-то с сердцем. Но как мы попадём к кардиохирургу без записи? Тем более, к самому лучшему?
– Он нас примет.
– Почему ты так в этом уверен?
Я растерянно провожу по волосам, смахивая капли дождя с них.
И хрипло признаюсь:
– Потому что он мой старший брат.
– Твой старший брат? – удивлённо переспрашивает Ева.
– Да.
– Ты же говорил, что вы не общаетесь?
Что ж, отлично, Максим Борисович. Ты очень ловко загнал себя в угол.
Каждый вопрос Евы и каждый мой ответ неминуемо приближают нас к событиям пятилетней давности. И если раньше я хотел, чтобы Ева поняла, кто я такой, то теперь, учитывая обстоятельства, совсем этого не хочу.
Для начала нужно понять, что с её сердцем.
– Мой брат... – вздохнув, тщательно подбираю слова. – Он... Наши отношения немного испортились несколько лет назад. Потом вроде бы всё наладилось. Но когда меня обвинили в употреблении допинга, он, кажется, разочаровался во мне.
– Он поверил в это? – удивлённо и возмущённо восклицает Ева.
– Напрямую не признался в этом, – пожимаю плечами. – Но думаю – да, поверил.
Ева молчит, и я бросаю взгляд в её сторону.
