Ноги действуют на автомате, я почти не сосредотачиваюсь на танце, позволяя мужчине быть главным. Иначе давно бы сбилась с ритма и отдавила ему все ноги.
— А что не так?
— Ты изменился.
Я внезапно осознала, что изменилась не только манера поведения, Алисет словно сбросил десять лет, став таким, каким я его помнила в нашу первую встречу. Лишь седые пряди портили это впечатление.
— Тебе не нравится?
Честно говоря, я еще сама не поняла.
— Не знаю, — призналась ему тихо. — Ты просто другой. Неужели это все из-за дара? Из-за него ты был таким?
— Угрюмым занудой? — подсказал Алисет.
— Возможно. А ты ведь мне так и не сказала.
— Что именно?
— Что скучала, — его рука начала неспешно поглаживать мою спину.
— А с чего ты это взял?!
— Я знаю, что скучала. Твои глаза говорят об этом.
— Если знаешь, то зачем спрашиваешь?
Я задержала дыхание, когда он особо резко развернул меня в танце и немного отклонил назад.
— Хочу услышать это от тебя.
— И что же говорят мои глаза? — прошептала я, завороженно смотря на него.
Великие, мы флиртуем. Если бы мне об этом сказали месяц назад, то я бы не поверила. Но это действительно так. Мы флиртуем, и я получаю от этого просто невероятное удовольствие.
— Что ты рада меня видеть, скучала и разрываешься между желанием прибить меня или поцеловать.
— Правда? И какое желание по-твоему побеждает во мне сейчас?
— Не знаю. Но и ждать, когда ты определишься не собираюсь, — ответил он, неожиданно останавливаясь.
Я с удивлением поняла, что, кружась в танце и полностью сосредоточившись на нем, не заметила, как мы оказались на небольшом балкончике.
Совершенно одни.
Пока осматривалась, Алисет не ждал, как и обещал. Взял мое лицо за подбородок и начал медленно приближаться.
Поцелует! Точно поцелует!
Но он все медлил, давая мне возможность самой определиться в своих желаниях. Оттолкнуть или ответить.
Губы замерли в каких-то жалких пару сантиметров от моих, лаская горячим дыханием и вызывая сладкую дрожь по телу.
— Я с ума сходил без тебя, Одетт.
Скучал, считал дни до встречи. Скажи, что не чувствовала то же самое.
Невозможный человек! Невыносимый! Я тут, понимаешь, поцелуй жду, а он издевается. Застыл и ждет, сверля глазами, давая мне свободу выбора, которую я уже не хотела.
— Ненавижу тебя, Валкот, — процедила сквозь зубы. — Как же сильно я тебя ненавижу!
После чего схватила его за воротничок рубашки и поцеловала.
Сама.
Несмотря на то, что невинной девой я не была, опыта как такового у меня не было.
