Один раз все-таки пришлось встать. По приказу великого и ужасного желудка, который так загудел и завыл, что я не выдержала. Кое-как покрошила себе салатик (овощи — это единственное, что оставалось съестного и было принесено заботливой Фанни) и с большой тарелкой вернулась назад.
О Валкоте я старательно и безнадежно старалась не думать. Но образ его то и дело возникал в голове. Тот самый жуткий, практически нечеловеческий, который напугал меня до дрожи, когда мы виделись в последний раз. Но я быстро прогоняла его, стараясь придумать, как наладить отношения с Петреей.
Или по крайней мере убрать из них агрессию и перейти в состояние клинического холодного неприятия.
Мысли текли вяло, челюсть жевала медленно и в какой-то момент я все-таки уснула.
В весьма неудобной позе, потому что проснулась с ощущением только что пройденного марафона по пересеченной местности, который преодолела с салатом в руке. Потому что тарелку во время сна я так и не отпустила, продолжая сжимать и выливать выделившийся сок с пряным маслом себе на рубашку.
— Вот бездна! — выдохнула я, присаживаясь и ставя посуду на столик.
Пятно было большим, уродливым и жирным. И я сама вся пропахла маслом и специями. Даже в волосы запах забрался.
Надо было идти в душ, но в этот момент услышала шум волн за окном. Зачем идти в неуютную кабинку, когда под окнами такое великолепие?
В этой части города были закрытые пляжи, куда не допускались посторонние. Так что можно без лишних проблем искупаться. Даже голышом.
Когда три месяца живешь в палатке с пятью десятками парней по уши в грязи, то в какой-то переломный момент перестаешь стесняться своего тела. Мне кажется, в самом конце о том, что я девушка, помнили лишь единицы.
Бросив вещи на песке и распустив кудри по спине (я так и не смогла решиться и отстричь их, хотя так несомненно было бы удобнее), подошла к самой кромке. Первая же волна, оставляя пенные брызги, накрыла босые ноги, моментально охлаждая кожу и мурашками пробегая по всему телу.
— Ох, — прошептала, вздрогнув, и тут же с улыбкой прямо с разбега бросилась в воду.
Не могу заходить долго, надо сразу. Вот так. Когда прохлада выбивает воздух из легких, когда хочется кричать и смеяться одновременно.
Вынырнула, проведя ладонями по лицу, стряхивая крошечные капельки с ресниц. Огляделась и замерла, всматриваясь в темную фигурку, которая застыла на берегу.
Что за ерунда. Кто это?
Вся эйфория исчезла, проснулась тревога.
