"
"Скрыться она мне не дала, сжимая предплечья.
— Опять бежишь?
— Все сложно.
— Или ты просто усложняешь.
— Мы слишком разные. И не надо рассказывать, что противоположности притягиваются.
— Такие ли вы разные? — мягко улыбнулась мама. — Оба скрытные, молчаливые, но честные и прямые. Готовые пожертвовать собой ради ближнего. Шесть лет прошли не зря. Вы оба изменились.
— У него дочь, титул, положение, а у меня только Террико.
— Одетт…
Но я прервала ее, покачав головой. Надо сразу поставить все точки над и.
— Я не останусь здесь, мам.
Прости, но нет. Это не моя жизнь, не мой мир. Я не люблю эти балы, жеманные улыбки и фальшь в каждом слове, каждом движении. И меня не простят. Так о какой любви может идти речь, когда мы находимся по разные стороны мира?
— Но ты его любишь?
Я поджала губы.
— Это не имеет значения.
— Имеет. Скажи мне, просто скажи.
— Я не верю в любовь, мам, — призналась ей. — Никогда не верила. Но…
И замолчала.
— Но? — с надеждой переспросила родительница.
— Мне будет тяжело без него, — прошептала едва слышно, прижимая ладонь к груди, там, где заныло сердце.
— От одной мысли о разлуке больно.
— Ох, девочка моя. Все в твоих руках.
— Я переживу эту боль. Закроюсь от всего мира, как закрывалась прежде, но здесь не выживу. Даже с ним рядом. Не смогу. Без любви можно прожить, а потерять себя я не хочу.
— Глупенькая.
— Возможно. Но это мое решение. Так что произошло?
— С Милисент все хорошо. Валкот вызвал для нее отличного целителя, он убрал все воспоминания и страхи.
Первое время она еще плакала и боялась, но сейчас все хорошо. Роверди погибла. Ее тело нашли на берегу недалеко от замка. Утонула. Конечно, все списали на несчастный случай.
— А сангир? — затаив дыхание, спросила я.
— В тюрьме, по крайней мере, большая его часть. Ждет оглашения приговора.
— Что значит большая часть?
— Давай тебе об этом расскажет кто-нибудь другой. Но сначала ты поешь.
— Шантаж? — улыбнулась я, устраиваясь поудобнее, подкладывая под спину больше подушек.
— А как же иначе.
По-другому с вами нельзя.
— Я люблю тебя, мам.
— И я тебя, милая. Сейчас распоряжусь насчет завтрака. Есть пожелания?
— Ничего тяжелого, — прислушиваясь к своему организму, ответила я.
— Хорошо.
Я как раз допивала травяной чай, когда в дверь постучали и, не дождавшись ответа, вошел Алисет.
Не думала, что так соскучилась. Пересечение взглядов и сердце куда-то ухнуло, забилось быстро-быстро.
— Оставлю я вас одних, — быстро произнесла мама, забирая у меня поднос.
