— Сколько самоуверенности, — оскалился Алисет и первым бросился.
Противник легко отразил удар и тут же нанес свой.
Они кружили друг вокруг друга, нанося удары. Сангиру удалось пару раз зацепить Валкота. Ранки незначительные и не мешали, разве что самолюбие пало. Он был опытнее и сильнее. В прежние времена сражение на мечах было более распространено, чем сейчас.
— Ты не переживай, — процедил сангир, когда они в очередной раз скрестили мечи. — Я позабочусь об Одетт.
— Я и сам отлично справлюсь, — отозвался Валкот, но отступил, с трудом удержавшись на ногах.
Мужчины сходились снова и снова, но держали дистанцию, не давая возможности противнику нанести победный удар. Силы заканчивались. Алисет уже дышал с трудом, а сангиру все нипочем. Скалится и издевается, пытаясь задеть за живое. Не выйдет, Сет всегда умел абстрагироваться и не идти на поводу у эмоций.
— Я лучше тебя, умнее, хитрее.
— «И старее», — хотелось добавить Алисету, но он промолчал, осененный внезапной догадкой.
Старее.
Ну конечно. Столько лет прошло. Ведь навыки боя на мечах не стояли на месте, за эти десятилетия разработано много новых приемов. Надо лишь вспомнить.
— Готов? — перебрасывая меч из одной руки в другую, весело поинтересовался Сет, и эта неожиданная веселость явно насторожила сангира.
— Шутки кончились!
— Согласен, — кивнул Алисет, вставая в стойку.
Пришлось хорошенько порыться в памяти, чтобы вспомнить, сколько лет не практиковался.
Не сразу, но изменить положение удалось, теперь крохотные ранки украшали и великого сангира.
Он отступил, стирая капли крови с царапины на щеке.
— Сюрприз, — отозвался, глубоко дыша, Валкот.
— Ничего не значит.
— Я не отступлюсь.
— И умрешь! — прорычал мужчина, прежде чем броситься.
Отлично! Вывел из себя. Смог пробить ледяную броню. Противник потерял контроль, теперь самое главное не упустить шанса и ударить.
Меч как продолжение руки. Быстрый и сильный. Призрачный металл звенит от напора. Но нужен подходящий момент. Ложный финт, следом еще один, и сангир открылся, слишком поглощенный злостью, чтобы отреагировать.
Светящийся клинок пошел точно в грудь, пронзая худое иссохшее тело мужчины насквозь.
Умирал один, а упали оба, корчась от боли, которая прожигала, меняя каждого.
Глава семнадцатая. Перед уходом
Пробуждение было обычным. Ни страха, ни ужаса и колотящегося сердца. Дыхание не перехватывало и все было, как всегда.
Я чуть приоткрыла глаза, изучая залитую солнцем подушку.
