Бледный с влажными светлыми волосами, неряшливо зачесанными назад, с дрожащими руками, пальцы которых все никак не могли застегнуть пуговицы на темно-сером мундире, с воспаленными красными глазами, что он все никак не мог поднять и посмотреть на меня.
Запал кончился и пришла реальность.
— Одетт, я не курил, — без какого-либо предисловия хрипло начал он. — Готов поклясться.
— Я почувствовала запах курительной смеси, Арчер, — спокойно отозвалась я, сидя на диване и изучая капельки воды, которые стекали по запотевшим стенкам стакана.
— Это всего лишь табак, — пробубнил тот, присаживаясь напротив.
— От табака нет таких ощущений, взрыва эйфории, дурманящих видений…
— Но я не курил! — срывая голос, крикнул мужчина, осекся и вновь зачесал пятерней волосы назад.
— Возможно. Но ты дышал этой гадостью, — произнесла я, отставляя стакан в сторону и подаваясь вперед. — Забыл основные правила? А если бы тебе крышу снесло? Если бы ты вдруг решил, что Петрея гуи** и ты бросился бы его убивать? Если бы искра освободилась?
Побледнел еще больше и капельки пота выступили над губой.
— Все было под контролем. Я держался.
И сам не верил до конца в то, что говорил.
— Как давно ты спишь с Петреей?
— Это тебя не касается, — взвился мужчина. — Здесь свободная страна и свободные правила. Она сама меня выбрала.
— Знаю, что выбрала, против ее воли ты бы не пошел. Хорошо, поставим вопрос по другому. Как давно ты дышишь этой дрянью?
Глаза забегали и руки, сцепленные в замок, задрожали сильнее.
— Я не… я…
— Боги, Арчер! — рявкнула я, чувствуя, как внутри что-то холодеет. — Ты что подсел на эту дрянь?!
— Не смей так говорить! Не смей! — крикнул он, вскакивая, а на пальцах засеребрились искры.
Не стабилен? Или просто зол?
Как бы сильно он не бесил меня, я все-таки надеялась на второе.
Защита заворчала, напоминая о безопасности и правилах поведения при встрече с такими. Но я не спешила бить первой.
Это будет крайний шаг, на который идти не хотелось.
И вообще в происходящем была и моя вина. За те пару недель, что мы заступили на вахту, я совершенно не интересовалась его состоянием и работой, отделавшись сухими приветствиями и отчетами.
— И что ты собрался делать? — тихо спросила у него, глядя прямо в глаза. — Ударить? Использовать против меня искру?
— Замолчи!
Опасно! Боги, слишком опасно, но я не могла остановиться. Не сейчас.
