– Я не скучал, ваше сиятельство, но с нетерпением ожидал вашего возвращения.
Не кто иной, как Андрей Романович Вересов поднимается с дивана при нашем появлении.
45. Разговор с Вересовым
Месье Амбуазу удается сориентироваться в ситуации быстрее, чем мне – он делает шаг вперед и отвешивает гостю учтивый поклон.
– Рад приветствовать вас в Тодории, сударь! Моя супруга сказала, что вы прибыли из самой Америки?
Вересов отвечает с не меньшей вежливостью:
– Именно так, ваше сиятельство. Сэр Андрэ Вудвилл к вашим услугам.
Я был дружен с покойным мужем маркизы д'Аркур и, оказавшись в Европе, решил засвидетельствовать ей свое почтение.
Он говорит по-французски! Да, не очень правильно, но говорит!
– Я велю накрывать стол к ужину! – вмешивается Сюзанна.
– Не стоит беспокоиться, сударыня! – торопливо возражает гость. – Я очень спешу и, к сожалению, вынужден буду отбыть сразу же после разговора с ее светлостью. Но я искренне признателен вам за гостеприимство.
Графиня разочарованно вздыхает.
– Не будем мешать им, дорогая, – месье Амбуаз подхватывает супругу под локоток и выводит ее из комнаты.
– Уверен, им нужно о многом поговорить.
Когда за ними закрываются двери, а шаги затихают в длинном коридоре, я уже по-русски восклицаю:
– Андрей Романович, вы сошли с ума? Такое эффектное появление могло закончиться печально. Только представьте, что было бы, если бы кто-нибудь посторонний увидел, как вы возникли в кабинете графа? Вас, а заодно и месье Амбуаза, обвинили бы в колдовстве.
Он смотрит на меня с улыбкой.
А потом раздаются несколько негромких хлопков ладонями.
– Браво, Елена Ивановна! Вижу, вы отлично справляетесь со своей ролью. Но ваш упрек вполне справедлив. Только у меня не было выбора. Мне было необходимо поговорить с вами. А как еще я мог это сделать? Но не беспокойтесь – кроме очаровательной графини, меня никто не увидит. Я удалюсь сразу же после нашего разговора. И обещаю больше не пугать вас подобным образом.
Он снова садится на диван, а я опускаюсь в кресло напротив.
Странно, что моим первым чувством при его появлении была не радость (всё-таки за несколько месяцев это – первый человек из нашего мира!), а тревога.
– Вы научились говорить по-французски?
Он кивает:
– Занимался денно и нощно. Согласитесь, если бы я не смог объяснить хозяйке, кто я такой и зачем я здесь, она вызвала бы охрану и отправила меня в тюрьму. Но не будем отвлекаться.
– Я слушаю вас, Андрей Романович.
Но теперь он качает головой из стороны в сторону.
