Букет прекрасных дам

Такие матюки! Драться полезла!

– А когда узнала, что мы с телевидения, – подхватил парень с камерой, – бросилась на Николашу с визгом: «Милый, я тебя не узнала!» Цирк!

– Сегодня, значит, машинку твою «заперли», – продолжала девица, – тоже ждали скандальчика…

– И ничего! – захохотал Николай. – Решили за сигаретами послать. Ну, думаем, сейчас ты Аньке навешаешь. Глядим, идешь. Слышь, парень, ты, часом, не священник?

– Колька, – сказал оператор, – а ты вспомни того батюшку, которому мы предложили собачку окрестить, ну-ка? Забыл, как он нас по кочкам понес? Любо-дорого слышать было.

– Ладно, кончай базар, – поморщился Хоменко. – Вот что, парень, давай пиши здесь свои координаты.

– Зачем?

– Давай, не спорь, имя, фамилию, отчество, место работы, где живешь… Ну, быстренько.

– Объясните, к чему вам эта информация?

– О боже, – закатил глаза Хоменко, – приз тебе положен большой. Вызовем в студию, покажем передачу, потом тебя… И скажем: вот, дескать, нашелся в нашем городе патологически незлобливый человек.

– Один за два года, – хихикнула девица.

– Приз вручим торжественно, повезло тебе, – громыхал Николай Хоменко, – автомобиль получишь, «Жигули».

– Спасибо, – ответил я, – но вынужден отказаться.

– Ты не понял, парень, – подхватил оператор, – тачку вручим, настоящую.

– Но у меня уже есть одна, вторая не нужна.

– Продашь, дурья башка.

Ситуация стала мне надоедать. Я развел руками:

– Извините, господа, я очень тороплюсь, теперь, надеюсь, вы отгоните джип или «Волгу».

– Слышь, чудак, – тихо сказал Николай, – мы тебя покажем крупным планом на всю страну. Я лично обещаю, что сумеешь передать всем привет, пять минут тараторить разрешу в виде исключения.

– Спасибо, я не жажду славы, – ответил я и толкнул дверцу джипа.

– Ребя, он псих, – прошептал оператор, – сбежал от дедушки Кащенко.

Я улыбнулся:

– Способна ли собака понять кенгуру?

– Не понял, – протянул Хоменко, – ты нас оскорбляешь?

– Упаси бог! Собака и кенгуру относятся к отряду млекопитающих, очаровательные животные, но договориться друг с другом им не суждено, у них совсем разный менталитет.

– Так кто из нас собака? – просвистел Хоменко, сравниваясь цветом кожи с коренным жителем Америки. – Кто?

– Если вы так не любите друзей человека, хорошо, – быстро согласился я, – тогда вы – кенгуру.

«Жвачная» девица хрюкнула и завела мотор. Я вышел на тротуар, потом сел в «Жигули» и уехал в институт к Наташе Потаповой.