Бунт османской Золушки

 – Говорят, что он смотрит ей в рот, как маленький ребенок.

– Это правда, – валиде резко встала. Вид у нее был недовольный. – К счастью, она беременна, а во дворец скоро прибудут новые наложницы. Я сама ими займусь. Ибрагим очень уж быстро привязался к этой женщине. Это значит, что так же быстро он может привязаться и к другой. Главное, подобрать подходящую наложницу. Но не это меня сейчас волнует. Ибрагим все-таки настоял на войне. Еле уговорили его, чтобы пошли не на Мальту, а на Крит. Ведь это венецианцы дали пристанище мальтийским пиратам, ограбившим наш галеон.

Один Аллах знает, сколько продлится эта война, – и валиде в третий раз тяжело вздохнула. Потом резко обернулась к дочерям: – Что вы застыли? Идемте. Фаворитка султана в положении. Хоть какой-то праздник.

…Шекер Пара была горда: это первый праздник в честь нее. И далеко не последний. Наложницам раздали золото и сладости, падишах так счастлив, что даже передумал наказывать мальтийских пиратов. И пускай все на нее косятся, особенно султанши, и поджимают губы, сказать они ничего не посмеют.

Султан Ибрагим провозгласил Шекер Пара своей хасеки! Даже не дожидаясь рождения ребенка!

Она тут же потребовала новые покои на втором этаже, гораздо просторнее первых, и еще служанок, и никто не посмел возразить. Сахарок заметила, как переглянулись сидящие рядом Турхан с Салихой, мать наследника кивнула на Шекер Пара, и обе рассмеялись.

«Что они замыслили?» – невольно напряглась Сахарок. Сегодня ее положение прочное, она хасеки, а брат только что назначен хранителем покоев.

А главное, никто не знает об их с Исмаилом родстве. Даже не догадывается после того, как убили кизляр-агу, который обязательно вывел бы их на чистую воду. Но черный евнух теперь мертв, благодаря ее интригам и смелости брата.

Она невольно погладила живот. Как же долго еще ждать родов! Уже мутит, и любимые сладости в рот не лезут. Первая беременность, и роды, скорее всего, будут тяжелыми. А ну как она подурнеет? И Ибрагим от нее отвернется. Бросил же он Турхан и Салиху, не зовет больше на хальвет.

А если так, то даже рождение сына не поможет. Он будет последним в очереди на трон, и когда падишахом станет его брат, это означает его смерть, а для его матери – ссылка и забвение.

«Я умна, – утешила себя Шекер Пара. – Я что-нибудь придумаю». Она ревниво смотрела на танцующих женщин. Не среди них ли будущая соперница?

– Иди сюда, Шекер Пара, – ласково позвала ее Турхан. – Ты ведь теперь хасеки. Твое место среди нас.