В конце концов, неизвестно, чем бы могли закончиться посиделки, если бы наши родители не дружили.
Пока чаепитие с морковным пирогом продолжалось, я шмыгнула к себе в комнату собрать вещи. Мне жутко хотелось уехать именно сегодня. Тем более за окном стояла такая потрясающая погода: пушистые снежинки парили в воздухе, оседая на землю и накрывая ее белоснежным покрывалом. Мы с Даней могли бы погулять, потом купить продуктов, вместе приготовить ужин и нежиться в объятиях друг друга до самого рассвета. Разве можно мечтать о большем?!
Я открыла шкаф, вытащила бордовый чемодан, который купила еще прошлым летом в Черногории.
Он был небольшим, но мне многого и не надо, только самое необходимое. В конце концов, я иногда буду оставаться ночевать здесь, в этой спальне, на этой кровати, где Данька тоже успел оставить свой след.
Складывая платья, кофточки, брюки, я напевала песенку, весело качая в такт бедрами. Настроение переливалось яркой радугой в груди, мне хотелось поделиться им со всеми вокруг. И тут неожиданно в кармане завибрировал сотовый.
Я вытащила, глянула на номер, цифры оказались незнакомы.
– Алло, – произнесла, удерживая плечом мобильный и одновременно складывая майку.
– Арин, привет, – раздался на том конце знакомый женский голос. – Это Леся, помнишь такую?
– Леся? – хриплым голосом переспросила я. Кинула майку в открытый чемодан и села на край кровати, взяв поудобней трубку. Мы с ней не общались ровно с того момента, как меня забрали в больницу. Даже тогда, в суде, прошли мимо друг друга, молча кивнув, и все на этом.
Так что я была удивлена столь неожиданному звонку.
– Как ты? Видела твои соцсети, кажется, ты недавно отдыхала в горах? Круто смотришься в костюмчике.
– Да, мы ездили с семьей на новогодние праздники. У меня… все нормально. Ты как?
– Да тоже довольно неплохо. Сейчас живу в Москве, переехала. Предложили недавно стажировку в Европе, вот думаю, наверное, соглашусь.
– Стажировку?
– Да, одна рекламная компания искала русскоговорящего менеджера.
– Здорово, я рада за тебя, – искренне улыбнулась я.
Все же мне было сложно понять мотивы Дроновой, но если в ее жизни появился свет, стоит только порадоваться за девушку. Так или иначе она тоже оказалась заложником игр Андрея, пусть и сердечных игр.
– Решила позвонить, попрощаться. И извиниться за все.
– Да ладно, я все понимаю, Лесь. Не бери в голову. Рада была тебя услышать.
– Передавай Дане привет, – сказала она, но уже какой-то иной интонацией, не такой радужной.
