Бунтари не попадают в рай

Я, само собой, двигаюсь следом, но притормаживаю чуть позади парня. Чтобы все слышать, но при этом оставаться незамеченной.

– Слышь, мужик, – обращается к водителю Бестужев. – Ты случайно не знаешь, чья это маршрутка? – кивает в сторону угнанного нами микроавтобуса.

– Так-так, – судя по паузе, водитель всматривается в номера. – Как же? Это ж Володькина! А че такое?

– Да не знай, просто странно как-то, – Глеб пожимает плечами. – Стоит тут уже долго, водилы нигде не видать… Как бы не чего не стряслось…

– Едрит-мадрит! – выругивается тот.

 – Щас я Володьке звякну!

Глеб медленно отходит назад, а тем временем из кабины доносится:

– Володь, здорово! Слушай, а ты где? Да ты че?! Как угнали?! Ну че тебе сказать, Володь? С тебя пузырь! А с такого это! Нашел я твою ласточку. Да-да, нашел, на Ленинском стоит… Да нет, вроде целая. Хотя погоди, щас гляну…

– Погнали! – Глеб дергает меня за руку, и мы синхронно срываемся на бег, удирая с остановки так быстро, что аж пятки сверкают.

Смеющиеся, возбужденные и… Отчего-то очень счастливые.

Я лежу на застеленной кровати и молча смотрю в потолок. Цепляю взглядом мелкие трещины, которые тонкой паутиной окутывают посеревшую от времени штукатурку, и пытаюсь рассмотреть в них какой-нибудь внятный рисунок.

Нарастающий шум крови в ушах оттесняет все прочие звуки, поэтому в моей голове потрясающе пусто. Я не слышу ни маминых недовольных криков, наверняка раздающихся за дверью, ни трескотни телевизора, ни шума улицы, доносящегося из распахнутой форточки.

Закрываю глаза и медленно тону в топком болоте своих черных, безрадостных мыслей.

Не знаю, какое из событий прошлых дней стало последней каплей, переполнившей, казалось бы, бездонную чашу моих терзаний: то, что я призналась Глебу в любви, а он посмеялся надо мною, или то, что позавчера я набрала его по телефону, а в трубке на заднем фоне отчетливо услышала смех Стеллы Кац.

Да, вне всяких сомнений, это была она. Ее голос я узнаю из тысячи, ведь именно он раздавался над моим ухом в самые пиковые моменты несчастья.

Стелла годами уничтожала меня и мою самооценку, втаптывая ее в грязь. Она издевалась, портила мои вещи, настраивала против меня окружающих. День за днем методично отравляла мою жизнь.

Однако всех этих измывательств оказалось недостаточно. Стелла задалась целью искромсать меня в клочья, ударить так, чтобы я больше не смогла подняться. Она решила забрать у меня Глеба. Единственного человека, который придавал смысл моему жалкому существованию.

Красивый.