Бунтари не попадают в рай

– Знаешь, это только в сказках противоположности притягиваются, а в жизни мы все стремимся найти максимально родственную душу, – философски замечает он. – Нам не нужна борьба. Мы хотим покоя и понимания.

– Ты думаешь Стелла понимает Глеба? – вздохнув, спрашиваю я.

– Думаю, да. Он – хулиган, она – оторва, – Егор ухмыляется, а потом чуть серьезней добавляет. – Они на одной волне, это же сразу видно. Думаю, с другой Глебу было бы тупо скучно.

Его слова острым лезвием проходятся по моим едва затянувшимся ранам, но, несмотря на приступ фантомной боли, я нахожу в себе силы продолжить этот непростой разговор.

– А как же ваши со Стеллой отношения? – даю волю любопытству. – Ты ведь встречался с ней…

– Да нормальные у нас были отношения, – пожимает плечами он. – Только без единого шанса на будущее. Даже забавно, что мы почти одновременно это поняли.

Я открываю рот, чтобы задать очередной волнующий меня вопрос, но в этот самый момент воздух рядом с нами сотрясается от громкого веселого возгласа:

– Егор, Аська! Дружбаны мои!

Бестужев несется прямо на нас, и наши с Янковским рты как по команде растягиваются в улыбке.

Ладони парней сливаются в крепком рукопожатии, и Глеб, слегка приобняв Егора, хлопает его по спине. Они оба рады встрече, это сразу видно. Затем взгляд Бестужева смещается ко мне, и парень, скользнув пальцами по моему виску, легонько взлохмачивает мне челку.

– А ты, черт подери, красивая, домовенок! – смущает он.

– Спасибо, Глеб, – лепечу я и тут же стреляю взглядом в приближающуюся к нам Стеллу.

В ее присутствии все зажимы прошлого сковывают меня по рукам и ногам. Кац глядит прямо и по обыкновению довольно холодно. Удивительно, что она вообще разрешает Глебу со мной общаться. Хотя… Возможно, я просто не до конца понимаю суть их отношений и на самом деле ни в каких разрешениях он не нуждается.

– Пошли отойдем? – Бестужев снова касается плеча Янковского в дружественном жесте.

Слово «наедине» Глеб вслух не произносит, но из контекста и так ясно, что лишние уши им не нужны. Парни отходят в сторону и садятся за свободный стол в углу зала, повернувшись лицами друг к другу. Ну а мы со Стеллой по-прежнему стоим рядом и, перебарывая жгучую неловкость, делаем вид, что ничего экстраординарного не происходит. Точнее неловкость, скорее всего, испытываю только я. Мне неуютно, а Стелле просто пофиг.