Бунтари не попадают в рай
0 прочтений
За последние пару лет я услышала их столько, что моя психика в какой-то степени потеряла чувствительность. Нет, само собой, мне по-прежнему обидно, но обида уже не ключевое, что мной движет. Ключевое – страх. И именно он сейчас ядовитым ручейком струится по моим венам.
Единственное, почему я все еще стою на месте, – это понимание того, что мать, увидев меня без куртки и сапог, задаст жуткий нагоняй. У нее ведь сегодня выходной, она дома. А значит, остаться незамеченной при всем желании не выйдет.
Вот черт… Так отвратительно, не находите? Я стою и никак не могу определиться, кого же боюсь больше: родительницу или Стеллу.
– Че замерла? – Кац повелительно вскидывает подбородок. – За шмотками пришла? Так бери.
Самое неприятное, что моя куртка висит прямо рядом с окном, на котором сидит одногруппница. Чуть левее. И для того, чтобы взять свои вещи, мне придется пройти мимо нее.
Сглатываю волнение и медленно трогаюсь с места, втайне надеясь на то, что Стелла сегодня не в настроении травить меня в полную силу.
Должно быть, это связано с тем, что внимание Кац полностью переключилось на Егора Янковского, с которым они вроде как стали парой: вместе сидят на занятиях, вместе обедают в столовке, вместе уходят из колледжа.
Только вот в данный момент Егора нигде не видно, и от этого факта мне становится не по себе.
– На улице такая грязища, – как ни в чем не бывало произносит Стелла, пока я нехотя сокращаю расстояние между нами. – Снег тает, течет…
Без понятия, зачем она это говорит, но погода пока и правда не радует. Повсюду слякоть и удручающая серость.
– Скоро все просохнет, – выдавливаю я, снимая куртку с крючка и вешая на него номерок. – Наверное…
– А сейчас мне что делать? Смотри, вся обувь в дерьме, – она кивает на свои ботинки, перепачканные темно-бурым месивом.
– Ой, какой у тебя милый пуховичок! – Кац не дает мне договорить. – Желтенький! Ты прямо долбанный цыпленок, Романова!
Ее голос звенит наигранным весельем, а меня буквально парализует новой волной страха. Ощущаю себя мышью, которую загнал в угол саблезубый тигр. Ведь если моей мучительнице сейчас весело, значит, мне в скором времени станет больно.
