Бунтари не попадают в рай

 – В четыре руки ведь быстрее будет.

Елена делает пол-оборота и смеряет меня удивленным взглядом:

– Да что вы, Егор, не нужно… У вас наверняка полно своих дел.

– Мне просто в любом случае надо до трех часов в колледже перекантоваться. Я самостоятельную по геометрии пропустил, вот теперь долги закрываю. А преподавательница только после четвертой пары освободится.

В общем-то это почти правда. Самостоялку по геометрии мне действительно нужно написать. Вот только математичка разрешила сделать это в любой день недели, необязательно сегодня.

– Ох, я даже не знаю, – Елена явно пребывает в замешательстве. – А вы точно справитесь с проверкой?

– Конечно, это же тесты, – хмыкаю иронично. – За столько лет учебы я в совершенстве овладел навыком сопоставления цифр и букв.

– Ну что ж, я буду очень признательна за помощь, – отзывается она, однако все еще выглядит растерянной.

– Да вы не переживайте, Елена Алексеевна, – ободряюще произношу я, садясь за первую парту напротив преподавательского стола.

– Я нисколько не сомневаюсь в вашей объективности, Янковский, – в тон мне отзывается девушка. – Вот возьмите ключ к тесту, – протягивает мне листочек, – будете проверять второй вариант.

Перехватываю бумажку, и буквально на мгновенье наши пальцы соприкасаются. Кожу тотчас прошивает током, а сердце останавливается на бесконечно долгий миг.

Знаете, раньше я не понимал значения слова «химия», употребленного в контексте взаимоотношений двух людей… А теперь, кажется, понимаю.

Это больше, чем просто эмоция. Больше, чем банальная совместимость. Это необъяснимое ощущение единства с другим человеком, которое пронзает тебя насквозь, до самого костного мозга. Вплетается в твою ДНК, не давая ни единого шанса остаться прежним.

Я дотронулся до Елены только на секунду. И в эту же секунду понял, что моя жизнь изменилась навсегда.

– Домовенок, поднажми! Мы же на сеанс опоздаем! – хохочет Глеб, дергая меня за куртку.

В беге я никогда не была особенно хороша. Как, впрочем, и во всем остальном. Поэтому уже через две минуты интенсивного шлепанья ногами по лужам я ощущаю себя взмыленной лошадью, которую суровый наездник то и дело подгоняет шпорами. Сердце вот-вот вырвется из грудной клетки, а язык того и гляди повиснет на плече.

– Ой, не могу, – упираюсь руками в колени и опускаю голову вниз, пытаясь прийти в чувства.