Бунтари не попадают в рай

Я жаждал узнать Елену получше и жадно глотал каждое ее слово.

– А я уж думала, что заболтала вас, и вы из вежливости со мной идете, – смущенно сообщает она.

– Нет, я, как и вы, иду домой, – стараюсь звучать убедительно. – И мне с вами очень интересно.

Остается надеяться, что она не спросит мой адрес, иначе я непременно окажусь в глупом положении. Я хоть и живу здесь уже второй месяц, но на местности ориентируюсь крайне посредственно. Не то что в улицах, даже в районах путаюсь.

– А как у вас складываются отношения с новым коллективом, Егор? Подружились с кем-нибудь из одногруппников?

– Да, кое с кем подружился, – расплывчато отвечаю я.

Ну не вдаваться же мне в подробности наших со Стеллой отношений? А кроме нее, я ни с кем особо не общаюсь. Дальше формального «привет-привет» диалоги с одногруппниками не заходят. Можно сказать, что у нас обоюдное тактичное безразличие.

– А с Глебом Бестужевым как? Помирились?

Разумеется, Елене не составило труда сложить дважды два и понять, почему мы с Бестужевым тогда заявились к ней на пару побитые и потрепанные.

– Нет, не помирились. Но и ссориться больше не планируем. В тот раз ситуация просто вышла из-под контроля.

Не хочу выглядеть в глазах Елены спесивым юнцом с взбесившимися гормонами. Я ведь в принципе совсем не такой, и решение конфликтов при помощи кулаков совсем не в моем стиле. Просто в тот день я реально вышел из себя: слишком много негатива накопилось.

– Рада это слышать, – одобрительно отзывается она.

– Елена… Алексеевна, а можно личный вопрос? – не совладав с разъедающим меня любопытством, выпаливаю я.

Если честно, этот вопрос мучает меня уже вторую неделю, и я не вижу иного способа, как получить на него ответ, кроме как спросить прямо.

– Личный? – девушка поворачивается ко мне, и в ее красивых глазах отражается растерянность. – Ну, смотря насколько личный…

– На самом деле ничего такого, просто я все думаю… Вы такая молодая, а уже преподаватель.

Недоумение на ее лице сменяется широкой, до невозможности очаровательной улыбкой, и, коротко рассмеявшись, Елена выдает:

– Ох, Янковский, если б вы не были студентом, я бы сказала, что задавать подобные вопросы женщине крайне невежливо. Но так как вы он, я отвечу. Мне двадцать четыре, – она усмехается. – Видите, не такая уж я и молодая.

Эта ее ремарка про студента неприятно царапает слух.