Были 90-х. Том 1. Как мы выживали

И однажды, в канун Восьмого марта, я смогу наконец загладить свою вину. Увидев в большом парфюмерном магазине флакон тех самых французских духов, я подарю его маме. Возможно, это будет лишь моя фантазия, но на мгновение ее серые глаза превратятся в зеленые — как у кошки. Однако это продлится совсем недолго. Поблагодарив меня, она поставит флакон на туалетный столик — туда, где пылятся десятки других пузырьков, сделанных в Париже, Риме, Лондоне… Это будет совсем другая жизнь, другая эпоха. Найдется ли в ней место настоящим сокровищам?

Гостиница «Северная»

В начале девяностых годов мы с мамой жили в гостинице «Северная» (ныне не существующей) рядом со старейшим универмагом столицы «Марьинский».

Окна фасада и логотип гостиницы — рогатый олень — ежедневно смотрели грустными, тоскливыми глазами на Сущевский Вал. Размещение в этой гостинице было недорогим: остановиться здесь мог проезжий с абсолютно любым достатком, а проживать на постоянной основе мог позволить себе любой человек, имеющий хоть какую-то мало-мальскую работу; и вполне приличным: ее до безобразия длинные коридоры были устланы отутюженными красными коврами с зелеными полосами по краям, лифт почти никогда не застревал, а на втором этаже по вечерам работал «Видеосалон», который каждый день неизменно показывал западные боевики. Несмотря на повторы сеансов, в комнате с видеодвойкой всегда был аншлаг.

Видеосалон был меккой всех мужчин, которые жили в то время в гостинице. В первую очередь, конечно, потому, что фильмы там крутили сугубо мужские: «Двойной удар», «Кровавый спорт», «Кик-боксер», «Коммандос», «Американский ниндзя».

Магию видеосалона сложно передать: когда выключался свет, в переполненной комнате становилось тихо, как в библиотеке, и разговаривать можно было только героям фильмов. Яркий квадратный экран показывал нам западную жизнь, которая казалась какой-то нереальной и красивой. В маленькой гостинице посреди серой криминальной столицы, с видеокассетной пленки оживали герои, которым мы, еще пока не знавшие войн мальчишки, подражали на следующий день. Арнольд Шварценеггер, Сильвестр Сталлоне, Жан-Клод Ван Дамм, Брюс Ли… мы хотели быть ими, этими героями — спасителями обиженных, борцами за справедливость.

Но, как и все хорошее, фильмы заканчивались, и мы, огорченные, но вдохновленные, брели по своим комнатам. Те, кто побогаче, жили в небольших комнатках по двое-трое, семьями. Мы жили в комнате, где было много женщин. Спали с мамой на одной кровати: так было дешевле.