Были 90-х. Том 1. Как мы выживали

И у меня нет шанса отказаться, не поехать… Хотя есть и некоторые положительные моменты: когда меня не трогают, я сижу в углу и читаю, пока остальные смотрят телевизор. Единственное условие: если вечером все сидят в зале с выключенным светом и смотрят какой-нибудь блокбастер, мне нельзя включить свет в другой комнате и читать. А смотреть все это мне неинтересно. Поэтому я сижу на полу и смотрю на книжный шкаф, на лакированной поверхности которого отражается экран телевизора. Так хотя бы интереснее.

Наверное, я лукавлю о том, что не могла отказаться. Мне просто было страшно. Мой любимый мужчина рассказывал, как в 14 лет ушел из дома и несколько месяцев жил один. Вот он смог. А я боялась. Зря, наверное. Каждый вечер в деревне я представляла, как под покровом темноты захожу в сарай, угоняю старый велосипед и уезжаю в город. Однажды даже почти решилась на это. Но испугалась.

В этом же возрасте я впервые прочла роман «Унесенные ветром» и начала мечтать о превращении в прекрасную храбрую Скарлетт.

Странная полярность тех лет — то ли болезненная истеричная Неточка Незванова, то ли сильная крепкая Скарлетт О'Хара — присуща мне до сих пор. И изрядно отравляет жизнь и мне, и моим близким.

Весь декабрь 1999 года разговоры в мире были только об одном: грядет миллениум! Новое тысячелетие… Это же удивительно: родиться в одном столетии и перейти в другое!

Наступление двухтысячного года было особенным: и полуголодное — скромная картошка, селедка под шубой, оливье и мандарины, и очень обнадеживающее.

Люди выходили на улицу и поздравляли незнакомцев с наступлением третьего тысячелетия. Это был один из редких моментов, когда люди всего мира объединяются не перед лицом опасности или врага, а в надежде на счастье и чудо.

Моя школа по сей день находится напротив одного из самых старых и крупных рынков нашего города. И логично, что в 90-е вокруг нее понаставили коммерческих киосков, так называемых «комков». Мы частенько обходили их, разглядывали ассортимент, а одноклассники, из тех, кто побогаче, иной раз и покупали.

Недавно я рассказала маме, что мечтала скупить содержимое целого киоска и лопать, сколько душе угодно.

Так в нашу жизнь вошли заграничные шоколадки, жвачки и всякие недоступные деликатесы.

Надуть пузырь из жевательной резинки, как выяснилось, целая наука. Мы специально учились и соревновались, раздражая старших, которые справедливо считали это дурным тоном.