Были 90-х. Том 1. Как мы выживали

Названия иностранных фирм и марок постоянно были на слуху, не знать их считалось отсталым даже (и особенно!) среди старушек на лавочках.

Странно вспомнить, но мы, девчонки, коллекционировали пивные жестянки. Найти такую на улице считалось редкой удачей. Они ценились и как символ неизвестной «фирмы», и, между прочим, очень здорово растаптывались! Конечно, подобному варварству подвергались только те жестянки, которые по каким-то причинам не годились в коллекцию. Круче всего, если удавалось топнуть так, чтоб вся банка просела ровно и получился кружок.

Но еще большая удача, на грани чуда — подобрать на улице вкладыш! Банки-то выкидывали, а такую ценность какой дурак потеряет? Но соседке-подружке в этом плане везло, да и зрение у нее оказалось получше моего. Не раз во время прогулки вдоль киосков она коршуном кидалась на асфальт и выуживала из бумажного мусора фантик «Ловис». Везение пошатнулось, когда ее забрали в больницу. В тот день мы с ее старшей сестрой перемыли всю их коллекцию вкладышей с двух сторон хозяйственным мылом, освежив в памяти немереное количество цитат о том, что же такое любовь, по мнению производителей жвачек.

Наклейки трогать не стали. Выкинуть накопленное богатство рука не поднялась, а вот от пивных банок мама девчонок категорично постановила избавиться. У меня собралась почти идентичная коллекция, пару пивных банок я забрала и отмыла дома, а остальные мы потопали.

В общем, в те годы, на которые выпал период моего взросления, многие наши дворовые и школьные приключения были прочно связаны с завозным ассортиментом.

Мы с трепетом открывали для себя манящий и чарующий потребительский рай, где «Сникерс» казался пределом мечтаний. Конечно, только казался. Мы выросли, наелись и поумнели.

Сейчас я понимаю, что отечественные конфеты и шоколад гораздо лучше. И желание скупить содержимое киосков осталось в 90-х. Впрочем, пожалуй, не все перестали глядеть на жизнь голодными глазами.

Два года из жизни я не помню, с 1993 по 1995-й.

— Борька! — кричали мне друзья с улицы.

 — Вылезай, дрыщ!

Я перестал показываться во дворе, даже не подходил к окну. Меня больше не интересовали футбол, ножечки. Трансформаторные будки.

Не занимала школа. Впрочем, она меня и до этого не занимала.

Ее привез из Китая коммерсант дядя Слава. Он брал тогда у китайских партнеров галстуки и кожаные перчатки. Однажды он привез мне на день рождения приставку. И я пропал.

Я сжимал джойстик и сидел у телевизора день за днем.