Были 90-х. Том 1. Как мы выживали

Хотя по стилю изложения и мышления, советскость моей бабушки сомнений не вызывает — вот парадокс!

Такова, видимо, специфика ее врачебной профессии: лечить людей нужно при любой власти, а от смены правящего режима конечный продукт деятельности медика не теряет своей актуальности. Особенно если тебе повезло с руководством, которое не превратилось в рвачей. Что же касается материальной стороны вопроса, то, как я уже писала выше, после войны и голода пустые полки магазинов, необходимость доставать даже гречку через связи, конечно, вызывали чувство дискомфорта, но не тотального.

Вот такие они, наши старички, закаленные в этой жизни не одной руиной. Лишь бы не было войны, остальное — вполне переживабельно!

Залпы Победы и встреча с отцом в 90-х

Для меня, пожилого человека, всегда в памяти останутся военные годы и послевоенное время, хотя сам я не воевал, а являюсь ребенком войны.

Очень хорошо помню тот день, когда кончилась война. В то время я, мама, брат жили в военном городке г. Камышлова Свердловской области.

Вдруг к нам вбегает тетя, она находилась в возбужденном состоянии, и со слезами на глазах сказала, что все, война окончилась, Победа, может быть, ваш отец вернется с войны. А на своего мужа она уже получила похоронку. Мы с братом в чем были, в том и побежали к штабу. Еще не добежав до штаба, услышали, как пушки палят. Это были залпы в честь окончания войны.

В нашей голове промелькнула мысль, а вдруг наш папа жив, ведь он пропал без вести. Еще я помню, как я узнал о «гибели» отца.

Как-то раз ко мне подошла воспитательница в детском саду и сказала: «Толя, подойди к маме». Я вышел из группы и увидел заплаканную маму. «Толик, наш папа погиб, пропал без вести, вот я получила письмо из части», — сказала она и показала мне письмо с воинским штемпелем. Ее печаль передалась и мне. Что значит пропал? В те годы горе переживали многие. Я тоже прошел все испытания: голод, холод, одиночество, страх.

Так сказать, не было полноценного детства. Что я знал тогда об отце? Из рассказов мамы и бабушки я знал, что папа был военным, офицером, служил на Дальнем Востоке, хорошим семьянином, еще увлекался лыжами и столярным делом.

Мы с братом Вадимом часто вспоминали об отце, думали, жив он или нет.

В 80—90-е годы прошлого столетия я обращался в разные организации Министерства обороны по поводу розыска отца. Как офицера в отставке, меня интересовала его служба до войны и во время ее. Переворачивая страницы его личного дела, узнал, что в г.