Были 90-х. Том 1. Как мы выживали

А когда я поздними вечерами возвращался домой, терпеливый дед меня встречал, постукивая палочкой, неизменной улыбкой и традиционным вопросом: «Как дела?» «Нормально», — отвечал я и нырял в свою комнату. Нырял и не выныривал. Получив традиционное «Нормально», дед снова оставался один. Единственное, что вносило разнообразие в его жизнь, были новости и латиноамериканские сериалы.

Так мы и жили. Жизнь бурлила, нищета прогрессировала, дистанция отчуждения между мной и дедом росла, здоровье его ухудшалось.

Сейчас, спустя двадцать лет, я начал понимать, как тяжело и одиноко ему было — преданному всеми своими учениками, многими товарищами, страной, о которой мечтал, властью, которой верил.

И даже ближайший ему человек, то есть я, отдалился от старика на астрономическое расстояние. Такое уж было время: не до сантиментов. Время? Какая ерунда!

Правое колесо тележки-кравчучки слегка заклинивало, и она все время пыталась уехать в сторону. Болела поясница, и я тихо ненавидел эту бесконечную полную народу улицу, мешок морковки, привязанный к тележке, и себя самого.

Холодный осенний ветер выдувал мои мозги, а по спине катились капли пота. Бросить бы все и уйти!

Внезапно кто-то хлопнул меня по плечу.

— Привет, старик! — услышал я знакомый голос. — Не продашь ли полкило морковки?

Я оглянулся и увидел Феликса, своего старого приятеля. На нем была красивая кожаная куртка и до блеска начищенные ботинки.

— Откуда дровишки? — спросил он, улыбаясь. — Ну и вид у тебя, с трудом узнал.

Я промычал что-то неопределенное.

— Нам, кажется, по пути, — продолжал Феликс. — Давай-ка я тебе немного помогу.

Я подвинулся, и мы покатили тележку вдвоем. Так было намного легче, и я вздохнул с облегчением.

— Это что, твой новый бизнес? — спросил Феликс после небольшой паузы. — Оптовые закупки для отправки на Камчатку?

— Да нет, — отвечал я, вытирая пот. — Просто запасаю на зиму. Нужно же чем-то семью кормить. Ты ведь знаешь, какая у меня зарплата.

— Да, я знаю, зарплата у тебя хорошая, но маленькая.

А иногда ее совсем не платят. Впрочем, ты сам виноват. Они тебе все время намекают, чтобы ты увольнялся, а ты не понимаешь.

Феликс еще недавно был ведущим инженером в проектном институте. Когда началась эта пертурбация, он спрятал свой партбилет, уволился и сейчас торгует косметикой на рынке. У них семейный бизнес: сын ездит за товаром в Турцию, Польшу и еще куда-то, а Феликс продает.

— А почем сейчас морковка? — опять спросил Феликс без всякого интереса.