Были 90-х. Том 1. Как мы выживали

Он, представляешь, заплутал, видимо — от своих отбился, и к нам прямо в тыл вышел.

— Да ну? Что он, баран, что ли, чтобы от своих отбиться? — засомневался Митя.

Тигр ему представлялся умным и вполне воспитанным хищником.

— Клянусь тебе всеми ими! — Дед поднял глаза кверху, Митя за ним тоже.

— Представляешь, вытаскиваю из блиндажа корзину с провиантом, а он, «тигр» ихний — на-ка тебе! Как лист перед травой, ага: заворачивает с просеки прямо на нашу опушку.

— Так ты б с «калаша» его!.. Та-та-та-та-та!!! Загрызет же иначе, я знаю!

— А «винтарь» мой у поленницы прислонен остался.

Про броню у тигра Митя ничего не знал: шкура — да, хорошая папаха могла бы выйти, он был уверен.

— А танк-то ваш где был?

— Наши все на Дуге уже стояли.

— Ну, деда, а из танка по тигру… Мокрое место — клочки по закоулочкам!

Кирилл Федорович засомневался: о том же самом ли «хищнике» они с внуком говорят?

— «Тигры» фрицевские крепкие были, — уверенно провозгласил дед, откидываясь на подушку.

— Ты б ему подкинул хлебца — он и ушел бы, сытый.

Дед опять привстал на локте:

— О! Моя кровь, хоть и в чеченских жилах! Верно ведь: я от неожиданности-то сперва выронил все, а потом схватил сверху краюху — да в него! Да второй и третьей…

Митя захихикал тихонько.

— И не поверишь ведь: как дал фриц задний ход, и мигом — фьюить! Только я его и видел. Сказывали потом, что он в речушке увяз там, рядом.

Мальчик, оглянувшись на дверь, тихо прошептал:

— Деда, а тебе страшно было? Испугался? Да?

Кирилл Федорович почесал бороду, глянул на внука и ответил:

— Да, Мить, очень страшно.

— А ты… это… нафурил в штаны?

Дед от неожиданности замер — уж не потешаться ли над ним вздумал этот шалопай черноглазый? Но парень выглядел серьезным и несколько настороженным.

— Ну, я ж на войне был. Мало ли чего там увидишь — так и портков не напасешься.

Мальчик тяжело вздохнул и отвернулся.

— А ну-к, погоди, ты ж мне рассказать хотел что-то? Про «вертушку» небось? Давай, твоя очередь.

Митя немного помялся, потом выдавил из себя:

— Я тоже так вот, нос к носу… с «мишкой».

— Нет, — помотал головой мальчик, — с «двадцать четвертым».

Кирилл Федорович сообразил, что речь о «Ми-24»: его в Грозном узнавали все.

— Как так? Тебе ж отец запретил ходить со двора? А если брат узнает? Иса тебе голову оторвет сразу.