Бывшая сводного брата

Мне так важно услышать положительный ответ!

— Я думаю, он знает на что идёт, когда соглашался на бой, — мягко увиливает от прямого ответа на мой вопрос. — Раз уж не смогли до Макса добраться до боя, так давай его поддержим здесь.

— Угу, — киваю. Приближаюсь максимально близко к клетке, цепляют пальцами за нее.

Из динамиков рекой льются слова. Представляют соперников, озвучивают их достижения, знакомят с толпой. Но я ничего из громких слов толком не слышу. Все мое внимание приковано к черной точке, что стоит вдалеке.

Он словно чувствует мое присутствие, поднимает голову. Встречаемся взглядом. Дыхание спирает, сердце делает кульбит и замирает на самом пике. Затем гранитной глыбой летит вниз.

— Максим, — шепчу. На глазах слезы. — Пожалуйста, выйди отсюда живым, — молю.

Но он не слышит меня. Гул толпы не позволяет. Расстояние тоже. Мы далеко.

Вокруг начинает собираться толпа. Я стараюсь держаться как можно ближе к Ваньке, но в конечном итоге нас разделяют. Меня оттесняют в сторону и назад.

Озираюсь вокруг.

Пытаюсь пробиться вперёд, но меня не пускают. Ищу глазами Радько, не нахожу. Достаю сотовый из кармана, только вот он разрядился. Слезы на глазах полностью застилают обзор.

Дезориентированная и расстроенная до невозможности пытаюсь пробиться ближе к рингу. Я должна быть там! Максим должен видеть меня! Мечусь словно дикий раненый зверь по клетке, паника душит, дышать тяжко.

— Ваня! — кричу. Паника накрывает. Перед глазами темнеет. Нечем дышать. — Ваня! — зову ещё громче. Мой голос тонет среди улюлюканья толпы. Среди воскликов. — Ваня!! — озираюсь по сторонам. Не нахожу. Ничего не помогает.

Слабость одолевает. Пытаюсь сделать вдох, но из-за сковавшего горло спазма кислород не идет. Открыв рот жадно хватаю воздух, кислород в лёгкие не поступает. Перед глазами темнеет, ноги уже не держат. Совсем.

Лечу в темноту. Препятствовать нечем.

Резкий рывок, поворот, вокруг резко становится тише. Мой нос упирается кому-то в крепкую накачанную грудь

— Дыши! — раздается строгий и властный голос над ухом. Он смутно знаком, но кому принадлежит не понимаю. Я сейчас вообще что-либо соображаю с трудом.

К моему лицу прикладывают бумажный пакет, закрывают от толпы. Чувствую себя немного получше. Спазм медленно, но отступает. Делаю спокойный глубокий вдох.