Мне в глаза. Ошалелым взглядом. Кажется, я только что совершила ошибку…
С лица Адарова исчезает маска хозяина жизни, и я вдруг снова смотрю на совсем молодого Демида, что ждёт меня у подъезда с цветами на заднем сидении своей машины.
А ещё болтает со мной по ночам ни о чём. Целует мне руки за каждый приготовленный ему завтрак. И крепко прижимает к сильной, горячей груди, когда мы спим.
Боже, как больно.
Два взгляда с одной историей сталкиваются. Мы понимаем друг друга без слов, и так было всегда. Оттого мне в миллион раз больнее.
Обвиваю руками его шею.
Он подхватывает меня и усаживает сверху на себя.
Закрываю глаза и нахожу его губы. Он отвечает до того нежно, что мне начинает щипать глаза. Это пытка, на которую я сама подписалась. Собственноручно.
Мы так близко, что между нами нет и миллиметра расстояния. Мы как будто идеально подходим друг другу, пусть это и не так.
Демид гладит мои волосы. Обнимает, крепко прижимая к себе. С трепетом.
В этом поцелуе нет намёка на секс. И всё же он до того откровенен, что у меня в глазах стоят горячие слёзы.
Вот распахну веки, и они как хлынут.
Демид вдруг разрывает поцелуй, кладёт тёплые ладони мне на лицо и спрашивает:
- Что мне сделать, чтобы ты меня простила, Нэлли?
- Ничего, - мотаю головой, держу глаза закрытыми. – Ничего не надо. Всё сделано давно.
- Нэлли. Я серьёзно, - и я по его голосу слышу, что это так.
Демид держит меня за предплечья. Потом ладонями обнимает шею. Большими пальцами обеих рук плавно гладит щёки и скулы.
Его прикосновения сжигают меня дотла.
По всему телу мурашки. Связка нереального притяжения и невыносимой боли доводит меня до исступления.
У меня годы ушли на то, чтобы похоронить свою любовь к нему глубоко-глубоко. А он ворвался в мою жизнь, и я буквально в шаге от того, чтобы начать её откапывать. Собственными руками.
Мне так хочется его любви. Его яда.
Он достаточно меня ранил. Шрамов столько, что не перечесть.
И прямо сейчас на мне появляется ещё один. Свежий.
- Дай мне уйти, - упираюсь в его плечи руками, пытаюсь встать на ноги.
Он не позволяет.
- Посмотри на меня, - просит он. По-мужски, но моляще и ласково.
Не могу. Не дам тебе увидеть своих слёз. Ты их не заслуживаешь.
- Демид, - произношу его имя, чтобы точно завладеть вниманием. – Мы бывшие. Почаще себе об этом напоминай.
Кажется, подействовало. Выражения лица Демида я не видела, но он ослабил тиски, и я поспешила спуститься на пол.
Ноги ватные и дрожат словно желе. Я как будто пьяна.
