Хочется переступить ногами, сделать хоть какое-то движение, но не могу, продолжая стоять перед ним. Можно было заподозрить применение искры, но я знала, что это не так. Никакой силы, лишь моя реакция на его присутствие. Хорошо хоть речь не пропала.
— Опять игры, Архольд? — сухо улыбнулась. — Не надоело тебе?
А мужчина молчал, изучая меня с головы до ног. Сейчас я как никогда чувствовала себя голой, вспомнив, что под платьем ничего нет. Слава Великим, я не расстегнула шубку, это давало мне хоть крохотную, но защиту.
А взгляд Корвила снова задержался на капельке на лбу, прошелся по косе с жемчужными нитями, вниз к пальчикам, которые судорожно сжимали ворс шубки, пока не взглянул на насквозь промокшие и грязные туфельки. Наверное, от них остались следы на полу в холле.
— Коса, золотой венец с письменами, — медленно проговорил Корвил. — Священная вязь на лице и специальный наряд. В этот раз всё было красиво, Сэм?
Я моргнула и отвернулась, рассматривая жуткий тюль у окна.
— Как в сказке.
— Всё по правилам, не так ли, Сэм? Главный храм в столице, священная поляна с Великими и тёплая вода в ручье.
Об этом ты мечтала?
— Да.
Четыре года назад всё было намного проще. Вязи не было, лишь крохотная точка на лбу. У нас не было возможности найти даже самую простенькую хамиби. Ни жемчуга, ни обруча на голове. Даже наряд мне пришлось брать в долг у жены хозяина таверны. Я до сих пор помню, как короткая, едва доходившая до колен рубаха из грубого волокна колола чувствительную кожу, как от неё пахло дешевым мылом, как чесалось тело.
Мы так спешили, так боялись, что нас поймают, что отказались от всего.
Глупо, как же глупо. Но образы прошлого ожили, и кажется, это было только вчера.
— Ты так и не сказала, как отнёсся виконт к нашему браку, — напомнил Дерек, оставляя эту опасную для нас обоих тему.
— А ты не сообщил мне, почему больше месяца скрывал от меня правду, — в тон ответила ему.
— И как я должен был об этом сообщить? Твой дорогой братец дал чётко понять, что мне нельзя приближаться и тем более разговаривать.
Все письма и сообщения будут перехватываться и уничтожаться. Любое появление на землях Торнтонов даёт право страже стрелять на поражение. И как в этих условиях я должен был сообщить тебе о нашей маленькой неприятности?
В его словах был смысл. Но я знала и другое.
— При должном желании, ты можешь добиться всего, чего захочешь, и никакие преграды бы тебя не остановили.
Герцог согласно кивнул."
"— Да. Наверное, ты права. Вот только я не захотел.
