— Тебе доставляет удовольствие издеваться надо мной, да? Если ты столько времени знал о… — я запнулась и заставила себя закончить, — о нашем браке, то почему не сообщил? Ведь мы оба были уверены, что его не было, что жрец в той деревеньке всё отменил.
— Как видишь, мы ошиблись.
— Зачем ты издеваешься надо мной? Этот подаренный жасмин и записка? Зачем ты так?
Скрыть боль в голосе не получилось. Но мне было всё равно. Я открывалась и ждала этого от него. Но вновь не дождалась.
— Неужели тебе не понравился мой подарок? — тёмная бровь удивленно приподнялась, и он вновь ушел от ответа.
Я уже сбилась со счёта в какой раз. — Дорогая вещь и красивая, созданная по моему эскизу специально для счастливой невесты. Подарок от чистого сердца.
— У тебя нет сердца!
Сказала и едва не отшатнулась назад к двери, увидев, как резко поменялся взгляд Архольда. И не только взгляд, он весь. Пару секунд назад мужчина стоял, едва обращая на меня внимание и просматривал документы, будто там решался вопрос всего мира. А тут всего лишь одна моя фраза и герцог подобрался всем телом, напрягся, и взгляд чёрных глаз стал таким страшным и тёмным, как сама ночь.
Заигралась, забыла, кто передо мной.
— Селина, выбирай выражения, — чётко, чуть ли не по слогам произнёс герцог, медленно опуская руки и кидая бумаги на столик.
Они с тихим шелестом спикировали вниз и застыли.
— Надо же, — усмехнулась я и медленно двинулась через гостиную к камину. — Ты назвал моё имя, не дурацкую кличку, которую придумал, чтобы бесить и доставать несчастную студентку из Ванагории, а настоящее имя.
Его злость и выпад вместо того, чтобы навести страх и ужас, неожиданно произвели прямо противоположный эффект. Вернулась уверенность в собственной силе и спокойствие.
Огонь в камине горел ярко и призывно, обещая тепло замерзшим ногам. Подойдя прямо к нему, я коснулась одного из розовощёких фарфоровых младенцев на полочке.
«Спокойно, Селина, Корвил не знает тебя. Прошло четыре года. Не только он возмужал и изменился».
— Как твой жених отнёсся к тому, что ты закрутила роман с герцогом из соседней враждебной страны?
— Мы больше не враждуем, — не отрывая взгляд от статуэток, ответила ему.
Тут были не только младенцы, но и хорошенькие куколки-пастушки в пышных коротких платьях и золотистыми кудряшками на голове."
"— Четыре года назад отношения между нашими странами были более чем натянутыми.
Теперь пришла моя очередь играть. Но, даже отвернувшись от него, я чувствовала спиной злой обжигающий взгляд.
