Рассказов выпаливает гневно:
— Герман, я собирался пригласить Тамилу! Это неуважительно — вмешиваться в разговор.
— Как хорошо, что вы его уже закончили, — Титов даже не смотрит на него.
Герман кладет руку мне на поясницу и притягивает к себе. Ведет в медленном танце."
"Мне хорошо рядом с ним. Спокойно. Я чувствую себя по-другому.
Прижимаюсь грудью к Герману, а тот перехватывает меня плотнее. Хочется разрыдаться от облегчения в этих объятиях. Я вдыхаю аромат бывшего мужа. Парфюм вперемешку с его запахом.
Он проникает глубоко, и я на секунду прикрываю глаза оттого, что голова идет кругом.
Когда мелодия заканчивается, я подхожу к столу с напитками, беру бокал и едва ли не залпом опрокидываю его в себя.
Меня потряхивает, в руках дрожь.
Поднимаю взгляд. Конечно, Герман рядом. Хмурясь, смотрит на меня. Становится за моей спиной, закрывая собою от других.
— Тами, что с тобой? — спрашивает мягко и забирает из рук второй бокал, отставляет его в сторону. — Руки ледяные, глаза безумные.
Что случилось?
— Я не знаю, — свой голос я не узнаю, как и себя. — Прости, я отойду.
Сбегаю в туалет. Тут пусто, и я пытаюсь прийти в себя, потому что, кажется, я потеряла почву под ногами и мои планы и стремления, все летит в тартарары. Кое-как успокоившись, выхожу и сразу же попадаю в лапы Рассказова.
— Тамилочка, какая неожиданная встреча.
Он караулил меня под дверью. Обалдеть какая неожиданная.
— Что вы ходите за мной? — срываюсь.
Рассказов крякает от неожиданности.
— Надо же, королева нашлась, — чуть ли не плюется слюной. — Думаешь, такая персона важная? Знаю я вас. Делаете вид, что голубых кровей, а за спиной список грехов.
Дергает меня на себя, хватает за бедро. Я тут же выставляю колено, ибо нехрен меня лапать.
Титов врывается в коридор и оттягивает от меня Рассказова, который сыплет матом и грозится разложить меня. Тот тут же резко оседает на пол и хрипит.
Герман снимает пиджак, накидывает мне на плечи. Бретелька платья оборвалась, а я даже не заметила.
— Пойдем отсюда, — произносит решительно и выводит меня через запасной выход.
Сажает в машину, пристегивает ремнем. У меня случается эмоциональный откат, я всхлипываю.
— Давно он яйца к тебе подкатывает? — спрашивает резко.
— Пару лет, — хлюпаю носом.
— Мне почему не сказала?
Злится Титов, аж зубы скрипят.
— С чего бы мне идти с этим к тебе, Гер? Я тебе никто.
— Что значит ты — и вдруг никто? — бросает на меня злой взгляд.
