Смеюсь, глядя на бывшего мужа, а сама поднимаюсь, переодеваюсь в домашнюю одежду, иду в ванную, умываюсь.
На кухне включаю блендер и принимаюсь за омлет.
— Мамась! — в кухню влетает Эмилия и прыгает на меня, обнимает, расцеловывает. — М-м, чем это так вкусно пахнет?
— Омлетом. Ты голодна? Или позавтракала у бабушки?
— Нет, — она отмахивается. — Я решила дома перекусить, зато выехать из их деревни раньше.
Ага. А деревня у нас это загородный элитный поселок. Эмилия продолжает активно рассказывать:
— Мы с водителем боялись встать в пробку на въезде в город, поэтому стартовали пораньше.
Короче, я пожертвовала завтраком.
Она поднимает кусок тоста, откусывает его. В этот момент на кухню заходит Герман. В джинсах, полусонный, встрепанный.
— Доброе утро, Эм, — говорит как будто между прочим, глядя в телефон. — Я позвонил водителю, сказал, что сам отвезу тебя в школу."
"Мое сердце заходится в нервном припадке. Становится страшно, словно передо мной не дочь, а родители, которые застали меня с мальчиком, и я готовлюсь получить втык за свои шалости.
У Эми округляются глаза, пальцы разжимаются, кусок хлеба летит на пол. Герман тоже замирает, смотрит на дочь настороженно.
А потом дочь начинает визжать, трясти руками, скакать. Она прыгает на Германа, сжимает его так, что, кажется, задушит.
— Папа, ты теперь будешь жить с нами? Скажи, что да?! Мама, пожалуйста, я ведь не придумала себе все, и вы теперь вместе?
Она спрыгивает со своего отца и подлетает ко мне, хватает за руки, смотрит мокрыми от слез глазами.
Меня спасает Герман, который подходит и обнимает нас обеих:
— Мы с мамой вместе. — Новая порция визга и конвульсий от Эмилии. — Но жить тут мы все не будем.
Припечатывает, не иначе.
— Это почему еще? — тут же хмурюсь.
— Тами, слушай, тебе не кажется, что нам будет тесно в вашей двушке?
— Гер, ты прости, конечно, но я не очень хочу жить в твоей квартире, — давлю взглядом.
Ну давай же, включай голову. Уж лучше ютиться тут, чем жить там, где четыре года жила другая женщина.
— Ладно, вы пока решайте, где будем жить, а я пойду переоденусь, — Эми чмокает сначала меня в щеку, потом Германа и уносится к себе, бросая напоследок: — Только сильно не цапайтесь, еще успеете!
— Поторопись! Не то в школу опоздаешь! — бросаю ей вслед, а сама достаю из духовки омлет и ставлю его на плиту.
Герман принимается делать кофе для нас и чай для Эми.
— Давай посмотрим дом? — выпаливает неожиданно.
