С каких пор у людей такие острые клыки?
Потянуло морским бризом и штормом одновременно.
Кто-то у нас и не человек вовсе!
Чертова лицемерка!
— Р-р-р! — Всё, на что хватило силы. — Довела, зараза! Сама виновата.
Я бросил её на кровать, поверх покрывала.
Она подпрыгнула на матрасе, а потом рванула с кровати, но я успел придавить её всем телом и снова закрыл рот рукой. Рванул её рукав рубашки, разрывая ткань. Открылся вид на кружевной полупрозрачный бюстгальтер.
— Честное слово, Лис. Если ты продолжишь в том же духе, я просто поимею тебя.
Она замерла на мгновение, захлопала глазищами, а потом как лягнула меня. А ведь почти попала по самому сокровенному.
— Р-р-р.
Я завязал ей рот рукавом от ее же рубашки и сел сверху, прижимая руки с длинными когтями к покрывалу.
Не припомню, чтобы у людей был такой опасный маникюр!
Её взгляд метал молнии. Мой не хуже светился.
— А кляп тебе идёт, — усмехнулся я. Возбуждение туманило голову. Приоткрытые губы и ткань между ними включали фантазию по полной! — А жаль, что мы не играли с тобой в такие игры.
Она снова стала вырываться. Я перехватил её руки одной ладонью. От души облапал упругую грудь.
Подросла и даже в ладонь не помещается!
— Это материальная компенсация. — Склонился, оцарапал щетиной её нежные щеки, прикусил губу и оттянул ее, и она замычала в кляп.
Я рассмеялся.
А потом быстро начал заматывать её в покрывало, прямо с головой.
И когда гусеница из толстого покрывала была готова, водрузил её себе на плечо.
И так и вышел, не забыв как следует приложить по аппетитной попке, чтобы она не трепыхалась.
Глава 31
ТалиссаАх ты гад чешуйчатый!
Сволочь!
Мерзавец!
Подлец и предатель!
Только и оставалось, что мысленно перебирать все ругательства в сторону Торгарда. Он нёс меня вниз головой, не забыв как следует приложить пятернёй по попе.
А-а-а-а!
Что он вообще несёт? Какое имя я скрыла?
Я маг воды!
Он совсем что ли съехал с катушек?
Чокнулся в своём море! Море — это не романтика.
Это риск и опасность на каждом шагу. Вот и спеклись мозги у дракона.
Пришёл, облапал, губы искусал, сделал кляп и теперь тащит в своё логово.
Почувствовала, как меня грубо сгрузили на кровать. И, дёрнув за конец покрывала, раскатали как блинчик. Я почти с кровати рухнула, если бы Торгард не дёрнул ткань вместе со мной к себе. Я лежала на огромной кровати, утопая в мягкой перине. Напротив меня стоял взъерошенный и распалённый Торгард.
