(Не)нужная пара для "гада" (СИ)

Истинная пара — банально. Брошенная пара не редкость. Могла ли я подумать, что окажусь среди их числа? Нет. Меня предали, бросили и не защитили. Даже то, что моего дракона одурманивали, не причина быть ящероподобным козлом. А потому лучше я переболею, чем стану зависеть от заносчивого, наглого и беспринципного представителя чешуйчатых. А о моей особенности он никогда не узнает. Моя первая преданная любовь закончилась болью в сердце, дырой в душе, но счастьем материнства. Я не допущу, чтобы мой сын уподобился отцу.

Даже если через семь долгих лет, мы встретимся вновь это ничего не изменит. И спасать ящера я не намерена. Теперь я стану для него центром и смыслом жизни, но захочу ли я его простить и помогу ли обрести ему себя: вопрос, на который у меня нет ответа… В тексте есть: #встреча через года #беспринципный герой #дерзкая героиня #эмоции на грани Только она сможет спасти меня, но захочет ли?

(Не)нужная пара для "гада"

Я стояла на коленях и смотрела в холодные глаза своего дракона, от которых еще недавно покрывалась хрупкой корочкой нежного льда, таящего под его горячими ласками языка.

А сейчас прежняя стужа его глаз грозилась заморозить меня насмерть и накрыть толщей снега.

Раньше тонкий изгиб губ и ухмылка вызывали у меня сотни маленьких разрядов молний, пробегающих по телу, — теперь его ухмылка разъедала мою душу. Раньше мое сердце пело, чувствуя ласки и объятия дракона — теперь оно еле стучало в груди, грозясь вот-вот остановиться.

Раньше я кричала от счастья и взрывалась сверхновой звездой от наслаждения в его руках — теперь падала на дно самой глубокой бездны, без желания спастись и выплыть.

Стук преданного сердца замедлялся, с трудом разгоняя ледяную кровь по венам. Тело потряхивало под немигающим взглядом дракона, сидевшего на широком кожаном диване с видом хозяина жизни и перекатывающего янтарную жидкость на дне бокала.

Я смотрела на него снизу вверх и не видела одновременно ничего. Мой взгляд был отсутствующим.

Я падала… падала…

Легкие начали гореть от нехватки кислорода, но я не шевелилась, пока хлесткая пощечина не привела меня в сознание и не заставила судорожно впустить воздух в глотку. Сглотнув, я посмотрела на волчицу, с легкой руки которой вынырнула из оцепенения от предательства своей пары.

Ее янтарные глаза были сужены, а губы капризно искажены. Она что-то шипела и явно угрожала мне, но на моем лице застыла маска безразличия.