— Разберемся, — пообещал Жантэ, оправляя прожженный темной магией строгий камзол. — Помолчи.
Зивер зло зыркнул исподлобья и снова обвел нашу толпу хищным взглядом, чуть дольше обычного задерживая взгляд на Антонии.
Девица, прижимаясь к груди Терьена и пряча там лицо, равнодушно поглядывала на схваченного. Ее лицо было холодно, губы сжаты. Либо оборотень — прав и дознаватели пленили не того, либо дамочка прекрасно скрывает эмоции.
Кристиан в невольном жесте попытался отстранить от себя «истинную», но она еще крепче вцепилась в шелковую рубаху и прильнула к нему всем телом.
Первым тишину, сдобренную воем сигнальных артефактов, нарушил Люк:
— С чего вы решили, что он убийца? И кто-нибудь отключите уже сирену.
— Одну минуту, — деактивировать охранки вызвался преподаватель по некромантии господин Ухтен, подоспевший в холл минуту назад.
— Мы шли по магическому следу, лорд Балиан, — невозмутимо пояснил сопернику Стефан.
— Стефан набросил на убийцу заклятие определения, Люк. Ошибки быть не может, — подтвердил Жантэ.
— Я не он, — рявкнул оборотень, ерзая в путах из чистой магии.
Мимо прошел некромант, бросил на завхоза долгий взгляд, хмыкнул и скрылся за углом. Через пару минут сирена затихла, сигналки под потолком потухли одна за другой.
Жантэ замер возле завхоза, брыкавшегося на скамье, а Стефан уверенно направился ко мне.
— Ты в порядке?
— Да, — кивнула дракону.
Терьен замер возле меня, едва уловимо втянул аромат, а затем смерил Антонию и брата-близнеца тяжелым взглядом.
— Господа, дамы.
Полагаю, на этом всё. Расходитесь. Задержанный уже наша проблема.
— Что его ждет? — Неожиданно подала голос Антония.
— Допрос с применением сканирующих заклятий, — Стефан в несколько шагов вернулся к оборотню, будто чувствовал исходящую от него смертельную угрозу. — Если господин Зивер невиновен, мы сразу его отпустим. Если виновен — уйти от правосудия не удастся. Более того, мы легко вычислим, действовал ли он один или в связке с сообщниками. Поднимайтесь. Идем на допрос.
Магистры и лаборанты бросили на Зивера сочувствующие взгляды и собрались разбрестись по многочисленным переходам, но тут все пошло наперекосяк.
Оборотень оглушительно зарычал. От его ног хлынуло фиолетовое пламя, вмиг поглощая стоявших рядом Жантэ и Стефана. От неистового жара, метнувшегося по первому этажу, брызнули слёзы, а во рту мгновенно пересохло.
Я, вскакивая с лавки, перепугано закричала:
— Стефан!
Но было слишком поздно.
Просторный холл заволокло густым черным дымом.
