Не истребил только потому, что среди присутствующих случайно оказалась его беременная любовница.
Остальные магистры бросились к Жантэ.
— Дядя, слышишь меня? — Голос Люка, злой и отчаянный.
— Он ранен, милорд, — вмешалась Энна. — Срочно отнесите его в целительскую. И господина Терьена тоже. Вероника?
Я не расслышала.
Напоминая себе натянутую струну, коснулась ледяных бледных щек дракона. Бережно погладила, не сводя затуманенного слезами взгляда с холодного, невозмутимого мужского лица.
Вдруг веки Стефана легонько дрогнули, и губы тронула улыбка:
— Мне нравится, что ты обо мне заботишься.
Сердце ударилось о ребра.
Обхватила мужскую голову ладонями и напряженно припала к губам.
— Ты очнулся?
Дракон болезненно поморщился, и не ответил.
— Скажи что-нибудь, — я не сдавалась, хоть голос сорвался. — Прошу. Посмотри на меня.
— Ника, — мое плечо осторожно, но крепко сжали теплые пальцы целительницы. — Ему надо в лазарет. Срочно.
Дракон более не шевелился и я, обессиленная, с онемевшими конечностями, отпрянула в сторону и просто села на гладкий пол у нижней ступени.
Ломая руки от отчаяния, во все глаза следила за тем, как преподаватели подхватывают Стефана и с помощью заклинаний несут в лазарет.
Кольцо связи на пальце оплавилось и раскололось в тот самый момент, когда холл затмила черная магия. Сорвав две серебряные половинки, отбросила на лестницу и зарылась лицом в ладони.
Дыру в полу, выжженную магией смерти, окружили профессора и шумно спорили — куда Зивер мог улизнуть.
Особенно агрессивно вёл себя Люк.
Антония, сжавшись в углу, тихо хныкала.
Кристиан ее утешал, но то и дело бросал в мою сторону цепкие взгляды.
Кое-как сделав вдох, совладала с собой и спросила у целительницы:
— Он ведь не умрет? Стефан не умрёт, леди Энна?
Девушка мрачно свела брови к переносице.
— Я не знаю, Вероника.
И побежала в лазарет.
Глава 17
Следующий час в приемной целительской показался мне вечностью.
Я нервно меряла залитое ярким светом помещение шагами, металась из угла в угол, виня в случившемся своё треклятое любопытство, ломала руки и молила все небесные силы, чтобы Стефан остался жив.
О том, куда сбежал завхоз, ловят ли его или бросили это бесплодное занятие, я не думала. Все внутри — сосредоточилось на моем раненом Истинном драконе.
Наконец, дверь открылась и в коридор, мрачно поглядывая, выплыла магически истощенная академическая целительница.
— Он жив, — сообщила шепотом, покачнулась и оперлась о стену.
