Тем не менее, отказать начальнику побоялась.
— С удовольствием.
… В столовой с высокими потолками было людно.
Когда мы пришли — все столы оказались заняты шумными студенческими компаниями. Часть преподавательских — тоже: я заметила некроманта Ухтена с супругой, леди Мериду с подругой Урсулой: бросивших на нас холодные, ревнивые взгляды. И, конечно, чуть поодаль сидели Кристиан с разодетой по последнему писку моды Антонией.
При виде нас с ректором — бывший стиснул вилку с такой силой, что та неожиданно переломилась.
Узкие вертикальные зрачки расширились, а щеки и лоб покрыли плотные золотые чешуйки, сияющие пламенными огоньками. Антония фыркнула, но сделала вид, что ревности «любимого» не замечает.
Решив следовать ее примеру, на завистливые и откровенно враждебные взгляды коллег отреагировала равнодушно. Люк сдвинул стул, помог мне устроиться за столиком, а затем принёс два подноса с едой. Мы общались, улыбались и со стороны действительно казались влюбленной парой.
Маг-блондин был галантен и вежлив.
Его жадный взгляд был устремлён только на меня. А когда он протянул руку на середину стола и сжал мои пальцы с голодной улыбкой — столовая ахнула и притихла. За спиной раздались шепотки.
Я смущенно высвободила кисть из крепких пальцев и спрятала на коленях.
— Мне кажется, это лишнее.
— Не лишнее, Вероника, — настойчиво возразил глава Академии. — Ты моя невеста. Пусть окружающие знают, намерения в отношении тебя — более чем серьезные.
— Вот как?
— Да.
Как только расследование завершится, ты и я поженимся.
Смело и откровенно. А еще очень громко. Заявление Люка прозвучало на всю столовую. Студенты потрясенно переглядывались или хихикали, преподаватели молчали. И только один — с трудом подавлял холодный ревнивый рёв внутреннего дракона.
Я улыбнулась:
— К чему спешить?
— А к чему затягивать? Ты свободная женщина, аристократка. Я не женат. Из нас выйдет прекрасная семейная пара.
И бросил непримиримый взор куда-то в сторону.
Я проследила за лютым взглядом жениха. В столовую — твердой походкой, уверенные в себе и опасные входили королевские дознаватели. Жантэ был суров и насторожен. Стефан — невозмутим и высокомерен. Скользя взглядом по головам студентов, выхватил меня вместе с ректором и странно прищурился. Даже ноздри раздул; его пальцы необъяснимо сжались в кулаки.
Студенты один за другим принялись подниматься, отправлять подносы на стойку и покидать столовую.
