Он как пушинку выдернул меня из-за рессепшен и пройдя немного втолкнул меня в дверь, оказавшейся небольшим служебным помещением. Толкнул к стене и навис надо мной.
— Ты мне больше нервов попортила за день, чем за год жизни с тобой, — проговорил он сквозь зубы, — ты специально в номере устроила то невыносимую жару, то жуткий морозильник? А завтрак с полуготовыми блюдами, «великолепное» кофе такое же солёное как Красное море? А мелочи в номере типа отсутствия туалетной бумаги и душевых принадлежностей?
— Я хотела и старалась, а ты можешь жаловаться управляющему… — растянула губы в едкой улыбке.
Воронцов едва наметил улыбку.
— Ты думаешь я жалуюсь? У нас с тобой сделка, детка.
— У тебя со мной, — прошипела я ему прямо в лицо, уточнила, — мне этого ничего не надо было. Ты нашёл меня, не поленился притащиться сюда, мы год не общались и я планировала так и дальше.
Воронцов и так стоявший близко теперь навалился всем телом.
— Я не хотел развода…
Я даже не почувствовала насколько он встал близко и зло расхохоталась.
— Угу, ты просто хотел трахаться на стороне, а дома быть с чистой, наивной девочкой, ага?
— Я всегда возвращался к тебе, — отчеканил он.
— Ха. Возможно я и наивная, но не дура, — только сейчас заметила, что Саша непозволительно близок, — отпусти…
Его горячее дыхание коснулось моего лица. Его грудь часто вздымалась, а горячий взгляд заскользил по мне, спускаясь всё ниже: в ложбинку декольте, осев на бёдрах. Я видела этот взгляд однажды, в тот вечер, когда наш совместный мир разрушился.
— Пусти, — прошептала я, облизав губы мигом ставшие сухими.
— Кто-то был после меня? — хрипло спросил Воронцов.
Я не ожидала такого вопроса, поэтому на миг замешкалась.
— Д-да, — проговорила я сипло, — эм… десять. Удовлетворили по полной, как тебе и не снилось, — первое что пришло на ум.
— М? — Воронцов поднял бровь, — сейчас проверим. Когда будешь сладко кончать…
— Ч-что? — переспросила я.
Но Александр не дал мне опомниться.
Он поднял мои руки вверх, жёстко зафиксировав запястья, вторая его рука рванула мою юбку вверх.
Глава 11
— Воронцов, — прорычала я, — а ну отпусти… Живо. Совсем уже.
Дёрнулась, ощутив, что мои щёки опалил румянец. От близости, от запаха. Его умопомрачительного запаха…
И память так не вовремя выудившая воспоминания: Воронцов много работал и даже когда приходил с работы, после ужина, чмокнув меня в лоб, всегда уходил в кабинет.
