Глава 22
Воронцов в несколько шагов донёс меня до камина и бросил на пол на медвежью шкуру. Придавил бёдра, присев на них.
— Что ты творишь?! — выкрикнула я, — а ну отпусти."
"Выгнулась и, поднявшись корпусом, отвесила пощёчину. Взгляд Саши потемнел.
— Поиграть хочешь? — спросил он хрипло, его взгляд жадно и горячо блуждал по моей груди.
— Я тебе прямо говорю, слезь с меня, — я дёрнулась, по-настоящему разозлившись, но внутри меня пылал огонь такой силы, что невольно я сжала бёдра.
Это не осталось незамеченным и Саша довольно улыбнулся.
Я вновь занесла руку для удара, но он перехватил её.
— Погоди, рыжик, хочу, чтобы ты мне так отдавалась…
— Пусть тебе это привидится в твоих влажных мечтах! — прошипела я, всё ещё сопротивляясь, но главным образом себе.
Воронцов без труда пробил мою оборону и рванул рубашку. Мелкие пуговицы тут же отлетели, рассыпавшись по медвежьей шкуре, несколько попало в камин, где они с тихим шипением растворились. Сжал грудь до сладостной боли. Я едва удержала в себе стон, на что Саша улыбнулся.
— Спорим, ты мокрая, такая, что мне ничего не останется как следует трахнуть тебя? — проговорил он низким голосом, оставшимся на моей коже.
Я ненавидела себя в тот момент, потому что я желала его. Не холодного мужа-изменщика, трясущегося надо мной и возведшего меня на пьедестал и наш брак в тупик, а этого дикого, невозможно красивого, сексуального, разнузданного самца, спасшего мне жизнь, желающего меня так же сильно. О, я хотела его!
Расхохоталась ему прямо в лицо и клацнула зубами.
— Самоуверенный придурок, — я даже не договорила и взвизгнула, перевернувшись в воздухе.
— Я больше и слова не скажу, сделаю, — пообещал мне Воронцов.
Он стянул до половины бедра хлопковые брюки. Дёрнул за трусики и они с жалобным треском слетели с меня.
— Воронцов… — прошептала я возмущённо, — отпусти… — жалобно, попыталась достать до него, но он придавил одной рукой мою голову.
Вторая его рука грубо огладила ягодицы и бесцеремонно притронулась к половым губам, которые пылали желанием, сочились влагой, клитор пульсировал как сумасшедший.
Ребром ладони он потёр мою промежность и я не смогла сдержать стон, заёрзав.
Я почувствовала, как его грудь прислонилась к моей спине и он прошептал мне на ухо, чуть приподняв голову за волосы на затылке:
— Ты течёшь как сука. Это так?
Грубо.
Мои голые ягодицы дёрнулись и прижались к его напряжённому члену, Саша что-то довольно промычал.
— Нет, — прошептала я и вновь вскрикнула.
