Это ее черта характера — необузданность и дикость. Я таким не был никогда. Я всегда был, как Егор. Четкий и спокойный. Человек, которому сложно выражать свои эмоции словами, поэтому я поворачиваю ее лицо на себя за подбородок, чтобы она видела мои глаза. Очень надеюсь, что она еще умеет по ним читать…
— Ты знаешь, что я не это имел в виду, — говорю тихо, но твердо.
Полина замирает.
— А что ты имеешь в виду? — отвечает в такт, а я чувствую давно знакомое желание.
Я его чувствую с тех пор, как впервые увидел ее.
И больше ни к кому, кроме нее, я такого не чувствовал. Никогда. Ни до, ни тем более после.
— Мы хорошо их воспитали, Поль, — отвечаю низко, глухо, пока сердце ускоряет свой бег, — Они знают, что хорошо, а что плохо. Теперь нам остается только быть рядом и мягко направлять их. Я так не умею, а ты — да.
Она усмехается.
— Правда, что ли?
— Конечно. Наши дети выросли, Полина Михайловна, и мы больше не можем говорить им, что делать. Но мы можем давать советы и просто разговаривать. Ты можешь.
Ты в этом лучшая.
И сейчас мне не хочется добавить, что «была», но где-то потерялась. Воздух между нами накаляется, и я не чувствую того холода, который достаточно давно поселился в этой спальни.
Словно ничего и не было.
Словно она снова со мной, а не где-то там. И будто ее волную я, а не все, кроме меня.
Тянусь за поцелуем и уже представляю, чем он кончится, но Полина вдруг укладывает руки мне на грудь и мягко отталкивает.
— Ян, ты же знаешь, что сейчас не время. Мальчики еще не спят, да и потом…мне завтра очень рано вставать.
Вот теперь мне хочется добавить, что «была». Я открываю глаза и снова вижу перед собой ледяную герцогиню с легкой полуулыбкой, которая не касается ее глаз. Там вообще ничего нет. Один холод и одна отстраненность.
Я отпускаю ее и отхожу на шаг, а Полина добавляет.
— Спасибо, что сказал это. Для меня много значили такие слова."
"Протокол. Формальность. И очередной обрыв, от которого я изнутри весь поджигаюсь. Ненавижу ее сейчас! Какого черта?! Зачем ты это делаешь?!
— Я хотела еще кое-что сказать, — продолжает она накидывать, — Завтра у тебя корпоратив? Извини, я не смогу с тобой пойти.
У нас на выходных очень важный прием, мне нужно составить меню, выбрать цветы и…
Она перечисляет список своих важных дел, а я горю еще больше. Все, чего хочу теперь — это крушить. А еще свалить. Да, свалить. Куда-нибудь подальше, чтобы не быть рядом с женщиной, которую я безумно любил, а теперь так же безумно ненавижу.
